– Семь лет молчания для Даниэля. Девять лет молчания для вас, Кассандра. Вы были как бы своеобразными пружинами, их сжали, чтобы отпустить…

В будущее.

– Но ваши родители не предвидели платы, которую придется заплатить за сверхспособности. Хочешь не хочешь, существуют законы. «В одном месте убыло, в другом прибыло». У вас прибыло… Чего именно? Чувствительности? Нет, это слишком слабое слово. Вы стали сверхчувствительными. С содранной заживо кожей. И это не совсем то. У вас развилась паранойя? И это не точно…

– Мы стали невротиками, – высказала свое мнение Кассандра.

Пападакис кивнул.

– Именно. Вы нашли правильное слово. С семи лет периоды восторженной деятельности сменялись у вашего брата глубокой депрессией. Он читал запоем научную фантастику, которой снабжали его родители, и был презрительно высокомерен со всеми, кто пытался с ним общаться. Он стал нетерпим. Впадал в ярость из-за пустяков. Не переносил прикосновений. Окружающее его угнетало. Казалось невыносимым. Он постоянно бунтовал. Приступы радости или гнева сменялись глухой угнетенностью. Потом он лихорадочно принимался за математические формулы, ища законы вероятности. У него не хватало терпения ждать.

Бедный Даниэль. Ему не оставили выбора. Его мнения никто не спрашивал.

– В тринадцать лет он сбежал из дома. Полиция разыскала его только спустя четыре месяца. Он был очень ослаблен. Он прятался в погребе, откуда практически не выходил. Ваши родители решили, что он нуждается в специальном уходе, и поместили его в школу-интернат, созданную вашей матерью.

– В ИЦДАС… Исследовательский центр для детей-аутистов со сверхспособностями, – подсказал паренек-кореец.

– Он оставался в интернате, пока не обнаружились его удивительные способности в области математики и прогнозирования. Им заинтересовались финансисты. Страховая компания пригласила его на работу с солидным окладом.

– И там он изобрел «Пробабилис».

Кассандра взглянула на часы, они показывали мирные 13 %.

– Все шло хорошо до того момента…

– Когда он решил провести эксперимент, прыгнув с башни Монпарнас, дурачок!

– Трое убитых, пятеро раненых.

Неоправданный эксперимент.

– Вместо того чтобы дать объяснения, он предпочел снова сбежать.