– Но видишь, что я был прав, – щурясь от солнца, закончил Генри.

Если честно, мысль о том, что королем ему не быть, вызывала у него только облегчение.

На площади люди убирали мусор, остатки костров и разваленных прилавков, а среди них, окруженный посланниками, стоял король, держа развернутый лист бумаги. Корона мягко поблескивала под солнцем.

– В пятом квартале нужны еще доски, а третьем – вода, – услышал Генри, подойдя ближе. – Вот здесь вчера рухнуло сожженное здание, и надо помочь хозяевам вытащить из-под завалов уцелевшие вещи.

При виде Генри король поднял голову и улыбнулся. Лицо у него был измученное и бледное, лицо человека, который годами не выходил на солнце, но взгляд ожил. И Генри, приветственно махнув ему рукой, пошел дальше.

– Что, даже не подойдем к ним поболтать? – спросил Джетт, и тут кто-то потный и пропахший гарью едва не сбил их с ног.

Генри! – крикнул Сван, обхватывая его за пояс и едва не отрывая от земли. – Прости, что мы в прошлый раз поссорились! – Он прижал Генри к груди, и тот терпеливо замер. – Все было так ужасно! Ну и неделька – будет, о чем рассказать Хью, когда встретимся! Но теперь все в порядке, да? Король на площади утром всем объяснил, что, если мы будем злыми друг к другу, духи вражды опять захватят город, так что теперь все в городе хотят приютить бездомных, и все к нам подобрели! Меня бабуля вон из того дома целое утро кормит, а я ей помогаю стены от гари отмыть! Король сказал, в башню мастеров завтра всех начнут пускать, чтобы люди свои дары искали! Люди только про это и говорят – там целая книга даров, представляешь? Интересно, там есть что-нибудь про поэтов?

– И тебе привет, толстяк, – весело вставил Джетт, когда Сван умолк, переводя дух. – Хотя стой, ты уже не толстяк! Испытания вернули тебе природную стройность!

Сван и правда осунулся так, что кожа на костях висела, – но его это, кажется, вовсе не печалило.

– Агата мне тоже сказала, что я постройнел. Ну, то есть палочкой по грязи написала.

– Агата? – вскинулся Джетт. – Ты ее видел?

– Она вон там, кому-то чинит выломанную дверь, – показал Сван.

Джетт внезапно начал поправлять костюм, будто не был уверен, что воротник загнут в правильную сторону и все пуговицы на месте. Проведя осмотр своего наряда, он выпрямил спину и двинулся в сторону Агаты, стараясь не хромать. Получалось так себе, и, пройдя несколько шагов, он завернул обратно.

– У нее в руке молоток. Не думаю, что это удачный момент, – пробормотал он.

Генри, взяв его за плечи, развернул и подтолкнул в сторону Агаты.

– С духами вражды ты не трусил, – сказал он, и Джетт с тяжелым вздохом побрел в указанном направлении.