Он выпрямился и зашагал дальше, а потом кое-что заметил. На разных концах погруженной в сон площади двигались маленькие светлые пятна. Присмотревшись, Генри понял: это шесть кошек Тиса. Они бродили среди спящих, иногда ложились, прижавшись к раненым, и шли дальше. Генри еле слышно свистнул, и ближайшая кошка повернулась к нему, всем своим видом показывая, что не обязана обращать внимание на глупый свист. Но когда Генри показал ей на измазанную кровью голову Уилфреда, кошка нехотя пошла к нему и свернулась вокруг раны, как меховая шапка.

– Спасибо, – тихо сказал Генри.

Кошка фыркнула и дернула ухом.

На этот раз темнота во дворце была не страшной – сквозь окна падал звездный свет, отчего на стенах слабо поблескивали узоры. Генри зевнул и наугад побрел по коридору. Споткнувшись обо что-то на полу, он решил было, что запнулся о собственные ноги, но потом опустил глаза и увидел обтрепанную книгу сказок, ту самую, что лежала в кармане пропавшего халата Тиса. Джоанна украла из его комнаты все, теперь и ключ от всех дверей, и карта королевства были у нее, но книгу Генри вернули, и он точно знал: сделала это вовсе не Джоанна.

– Спасибо, – прошептал он, убирая книгу в карман, и присутствие Барса, которое он чувствовал с тех пор, как поднялся на башню, окончательно исчезло.

За ближайшим поворотом коридора Генри наткнулся на открытую комнату со старинной мебелью. Он вошел, выбрал диван поудобнее, рухнул на него, чихнул от пыли – и через минуту уже спал.

Глава 17 Предел

Глава 17

Предел

Генри проснулся оттого, что его настойчиво тыкали пальцем под лопатку. Он вскинулся и сел, жмурясь от солнца. Прямо перед ним маячило что-то очень яркое.

– Нравится? – хвастливо спросил Карл, поворачиваясь вокруг своей оси. – Господин Уилфред, оказывается, неделю тайком наряды шил, каждому свой. Даже мне, представляете?

Генри задумчиво оглядел творение Уилфреда. Он еще никогда не видел, чтобы в одежде было столько цветов разом, но Карл, судя по лицу, был так доволен, что даже забыл ворчать. И Генри наконец вспомнил: раньше слугам разрешали носить только черное и серое. Похоже, Уилфред решил изменить правилам.

– Красиво, – искренне сказал Генри, и Карл расплылся в такой улыбке, что все щеки у него пошли мелкими складками.

Он и вам наряд сшил. Но сначала – мыться! Я вас еле отыскал – угораздило же забраться спать в малую королевскую гостиную, – добродушно сказал Карл. – И госпожу Ингрид тоже нигде не видно, все утро ищем.

– А вот это долгая история, – пробормотал Генри, озираясь. – Я что, проспал рассвет?