Хикэру-доно взбесилась аж до белого каления, но выплескивать при посторонних этого не стала, а удалилась в свободную каюту, откуда периодически доносились проклятья и глухие удары, звон разбитого стекла и монотонный голос Чиеко, которая пыталась успокоить свою госпожу.

Кто не потерялся ни в малейшей степени — это Акира, которая тотчас развела бурную деятельность по подсчету и инвентаризации запасов и материальных ценностей на яхте. Под ее горячую руку тотчас попала Иошико с Михо и даже Юки. Все вместе они отправились считать мешки с сухарями, ящики с консервами, или что тут на яхте есть. Думаю, что тут обязательно должен быть винный погребок, где и надо пережидать апокалипсис в обнимку с бочонком рома. Йо-хо-хо. В любом случае Акира и ее отряд продразверстки — исчезли в трюме, в поисках сокровищ, а я, немного подавленный перспективой провести тут лет сто-сто пятьдесят, а потом узнать, что в нашем мире едва день прошел — вышел на нос яхты. Переваривать случившееся.

— Кажется я теперь знаю, как эта блеклая стерва со своими лицемерами из КОМКОН могут справляться с преступностью без тюрем. — говорит Майко, глядя вдаль: — они просто стирают ненужные им паттерны поведения. Вот был бы, допустим вор, крал там кредитки и золотые украшения у граждан в метро в час пик, а они — хлоп, взяли его под рученьки и мозги промыли. И он забыл саму концепцию кражи, понимаешь? Что так можно. Или там перепрограммировали его, и он теперь скорее от голода умрет, чем даже возьмет ничейный кусок хлеба. Вот и прекрасно — никого не запирают, никаких решеток и прочих вещей, неприемлемых для их чувствительных, нежных душ. А по сути это даже хуже чем тюрьма. Я бы предпочла за решеткой сидеть, и чтобы меня били нещадно, чем вот так в голову влезли как воры. А ты потом сидишь и не понимаешь, что у тебя из башки вынули, а что оставили. Вдруг у нас с тобой были еще товарищи, а Мария их убила и память нам об этом стерла? Вдруг вообще никакой Марии-сан нет, а мы все это сами придумали? — она замолчала и потерла переносицу, жестом, который взяла у Акиры.

— Хуже нет, чем в самой себе сомневаться. — пожаловалась она.

— Понимаю. — я смотрю на Майко, которая чешет голову, пытаясь вспомнить имя.

— В любом случае, в Бартаме, на Аллее Героев стоит памятник. И местные жители знают ее имя. Думаю, что мы призовем ее намного раньше, чем доплывем до Бартама — достаточно местных спросить. А если вспомнить Юки и ее путешествие, то никто нас и хватиться не успеет. — говорю я.

— Как-то дико думать о том, что в этом мире есть Аллея Героев с моим памятником. — вздыхает Майко: — пока Юки об этом рассказывала, это как будто … сказка какая-то. Но вот я тут, смотрю на эти две луны в небе и понимаю, что все это так реально. И что Юки в этом мире прожила… сколько лет?