– Во всякомъ случаѣ, это для насъ не представляетъ большого значенія,– отвѣтилъ Гаттерасъ.

– Я не скажу этого, Гаттерасъ,– возразилъ Альтамонтъ, раздраженный притворнымъ спокойствіемъ капитана. Со временемъ это можетъ имѣть для васъ нѣкоторое значеніе.

– Но когда-же?

– Когда станемъ думать о возвратномъ пути.

– О возвратномъ пути! – вскричалъ Гаттерасъ. A кто думаетъ объ этомъ?

– Никто,– отвѣтилъ Альтамонтъ,– но я полагаю, что гдѣ нибудь мы должны же остановиться.

– Гдѣ именно? – спросилъ Гаттерасъ.

Въ первый еще разъ такой вопросъ былъ прямо поставленъ Альтамонту. Докторъ отдалъ-бы одну руку на отсѣченіе, лишь-бы только прекратить этотъ разговоръ.

Такъ какъ Альтамонтъ не отвѣчалъ, то капитанъ повторилъ свой вопросъ.

– Гдѣ именно? – настаивалъ онъ.

– Тамъ, гдѣ мы будемъ скоро,– спокойно отвѣтилъ Альтамонтъ.

– Но кому же это извѣстно? – воскликнулъ весело докторъ.

– И такъ, я полагаю,– продолжалъ Альтамонтъ,– что, при желаніи воспользоваться полярнымъ бассейномъ для возвратнаго пути, мы должны-бы попытаться проникнуть въ проливъ Кэна, который прямо приведетъ насъ въ Баффиново море.

– Вы полагаете? – насмѣшливо спросилъ Гаттерасъ.

– Да, полагаю. Я думаю также, что если-бы полярныя моря сдѣлались когда-либо доступными, то въ нихъ стали-бы отправляться этою дорогою, какъ кратчайшею. Открытіе доктора Кэна – великое открытіе!

– Будто? – сказалъ Гаттерасъ, до крови кусая себѣ губы.

– Отрицать этого невозможно, за каждымъ должно признать его заслугу, сказалъ докторъ.

– Не говоря уже о томъ,– продолжалъ упрямый американецъ,– что до этого знаменитаго мореплавателя никто такъ далеко не подвигался на сѣверъ.

– Мнѣ пріятно было-бы думать» – отвѣтилъ капитанъ,– что въ настоящее время англичане подвинулись дальше его.

– А американцы? – воскликнулъ Альтамонтъ.