– Друзья мои,– сказалъ докторъ,– успокойтесь! Мы разсуждаемъ о научномъ фактѣ.
– Я вамъ разскажу факты! – вскричалъ Гаттерасъ съ угрозой.
– Я тоже,– отвѣтилъ Альтамонтъ.
Джонсонъ и Бэлль не знали, что имъ дѣлать.
– Господа,– съ достоинствомъ сказалъ Клоубонни,– я требую слова! Факты, о которыхъ идетъ рѣчь, извѣстны мнѣ столько же, сколько и вамъ, быть можетъ, даже лучше чѣмъ вамъ, и полагаю, вы согласитесь, что я могу говорить о нихъ безпристрастно.
– Да, да! – сказали Бэлль и Джовсонъ, опасавшіеса оборота, который принималъ разговоръ, и образовавшіе благопріятное доктору большинство.
– Говорите,– сказаль Альтамонтъ.
Гаттерасъ сѣлъ на свое мѣсто и, кивнувъ головою въ знакъ согласія, скрестилъ руки на груди. Докторъ принесъ какую-то карту.
– Вотъ карта полярныхъ морей,– сказалъ онъ,– прослѣдимъ по ней путь капитана Макъ-Клюра.
Клоубонни разложилъ на столѣ одну изъ превосходныхъ картъ, изданныхъ по распоряженію адмиралтейства, на которой были обозначены всѣ новѣйшія открытія, произведенныя въ полярныхъ моряхъ.
Затѣмъ онъ, продолжалъ:
– Вамъ извѣстно, что въ 1848 г. два корабля:
Альтамонтъ не возражалъ.
– 5-го августа 1850 года,– продолжалъ докторъ,– Макъ-Клюръ отправился въ восточныя моря почти неизслѣдованными путями. Посмотрите: на картѣ едва обозначены берега материка. 30-го августа этотъ молодой офицеръ увидѣлъ мысъ Баттерста, открылъ землю Беринга, которая, какъ онъ убѣдился впослѣдствіи, составляла часть земли Бэнкса, и, наконецъ, землю Принца Альберта. Тогда Макъ-Клюръ смѣло вошелъ въ длинный проливъ, раздѣляющій эти два большіе острова, и назвалъ его проливомъ Принца Уэльскаго. Войдите въ проливъ мысленно съ этимъ отважнымъ мореплавателемъ. Макъ-Клюръ имѣлъ надежду – вполнѣ основательную однакожъ – проникнуть въ пройденный нами бассейнъ Мельвиля; но въ концѣ пролива льды стали ему непреодолимою преградою. Макъ-Клюръ долженъ былъ провести тамъ зиму съ 1850 на 1851 г., втеченіи которой онъ сдѣлалъ поѣздку по льдамъ съ цѣлью убѣдиться, дѣйствительно-ли этотъ проливъ соединяется съ проливомъ Мельвиля.