– Вздоръ вы мелете, Бэлль! – сказалъ Альтамонтъ. – Въ такомъ случаѣ не было-бы ни дня, ни ночи, ни лѣта, ни весны, ни осени, ни зимы!

– Не говоря уже о другихъ, положительно ужасныхъ послѣдствіяхъ,– добавилъ докторъ.

– Какихъ именно? – спросилъ Джонсонъ.

– A такихъ, что мы упали-бы на солнце!

– На солнце? – сказалъ изумленный Бэлль.

– Безъ сомнѣнія. Если-бы поступательное движеніе превратилось, земля въ шестьдесятъ четыре съ половиною дня упала-бы на солнце.

– Паденіе, длящееся шестьдесятъ четыре дня! – вскричалъ Джонсонъ.

– Ни больше, ни меньше,– отвѣтилъ докторъ,– потоку что землѣ пришлось-бы пройти разстояніе въ тридцать восемь милліоновъ лье.

– Какъ велика тяжесть земнаго шара? – спросилъ Альтамонтъ.

– Пять тысячъ восемьсотъ девяносто одинъ квадриліонъ тоннъ.

– Числа эти ничего не говорятъ для уха; они непонятны,– сказалъ Джонсонъ.

– Поэтому, любезный Джонсонъ, я предложу вамъ два примѣра, которые скорѣе запечатлѣются у васъ въ памяти. Припомните, что для образованія вѣса земли необходимы семьдесятъ пять лунъ, и что вѣсъ трехсотъ пятидесяти тысячъ земныхъ шаровъ равняется вѣсу солнца.

– Подавляющія цифры,– вскричалъ Альтамонтъ.

– Именно – подавляющія,– сказалъ докторъ. Но если этотъ предметъ не надоѣлъ вамъ, то я возвращусь къ полюсу, потому что никогда еще лекція космографіи не представлялась болѣе своевременною въ здѣшней части земнаго шара.

– Продолжайте, докторъ,– сказалъ Альтамонтъ.

– Я сказалъ вамъ,– началъ докторъ, который съ такимъ-же удовольствіемъ поучалъ другихъ, съ какимъ другіе изъявляли готовность учиться,– я сказалъ вамъ, что полюсъ неподвиженъ въ отношеніи другихъ точекъ земнаго шара. Но это не вполнѣ вѣрно.

– Неужели придется поубавить еще немножко? – сказалъ Бэлль.

– Да, Бэлль. Полюсъ не всегда занималъ одно и тоже мѣсто, и нѣкогда полярная звѣзда находилась дальше отъ небеснаго полюса, чѣмъ въ настоящее время. Слѣдовательно, нашъ полюсъ обладаетъ нѣкоторымъ движеніемъ и описываетъ кругъ приблизительно втеченіе двадцати шести тысячъ лѣтъ. Обусловливается это предвареніемъ равноденствій, о чемъ я вскорѣ поговорю.

– Но развѣ не могло случиться,– сказалъ Альтамонтъ, что въ одинъ прекрасный день полюсъ перемѣстился на значительное разстояніе?

– Любезный Альтамонтъ,– отвѣтилъ докторъ,– вы затронули важный вопросъ, о которомъ долго толковали ученые по поводу одной странной находки.