— А как на твои выходки реагировали члены Совета?
— Единственный, кто проявил симпатию и одобрение, — это Орен Фел. Макс Акт относился нейтрально, а остальные — с большей или меньшей неприязнью, но это и не удивительно, если учесть, что я им говорила. Видел бы ты их лица. Император все время из‑за меня трясся, а на выходе не выдержал и стал целовать руки. Вот Петр рук почему‑то не целует, а особа императорских кровей…
— Какая ты еще все‑таки девчонка! И как тебе везет выпутываться из всяческих передряг, в которые ты сама себя регулярно втягиваешь!
— Нет чтобы похвалить, а он еще ругает. Думаешь, мне совсем не было страшно? А еще дед!
Снег хрустел под ногами, а совсем не слабый сибирский мороз заставлял время от времени растирать лица. Цепочка пожилых мужчин с рюкзаками за спиной и чемоданами в руках, возглавляемая двумя идущими налегке молодыми людьми, двигалась по небольшой проселочной дороге, проложенной от железнодорожной станции через густой, хвойный лес. Дорога была по колено засыпана снегом, и парни шли, не поднимая ног, оставляя за собой почти расчищенную от снега тропу, облегчая передвижение своим тяжело нагруженным спутникам.
— Веселей ребята, уже немного осталось, — подбодрил один из молодых парней «ребят», самому младшему из которых было под пятьдесят.
Тяжело дышавшие мужчины промолчали, но зашагали быстрее: всем хотелось оказаться в тепле и избавиться от груза. Минут через десять они свернули с дороги на едва заметную тропу и вскоре подошли к большому одноэтажному бревенчатому дому, огороженному высоким забором. За забором, почуяв людей, зашлась лаем собака. Один из молодых открыл калитку и, не обращая внимания на бешено рвущегося с цепи пса, пошел к дому, сказав на ходу второму:
— Алон, уйми собаку.
Парню с именем Алон достаточно было посмотреть на пса, чтобы тот с визгом забился в конуру и затих.
— В дом заходить не будем, — предупредил он остальных мужчин. — Сейчас сразу идем на место, там и отогреетесь.
Из дома уже вышел его спутник в сопровождении хозяина заимки и, поманив всех за собой, пошел к большому длинному сараю. Хозяин открыл тяжелый амбарный замок и, немного повозившись, зажег керосиновую лампу.
— Ребята, заходите быстрее и бросайте вещи в центр этой фигуры. И отряхивайте ноги от снега!
Все быстро освободились от вещей, а один из парней, поправив кучу чемоданов, чтобы не выходили за границы странного многоугольника, сел на них сверху. Мгновенье — и он исчез вместе с вещами, а по сараю пронесся порыв теплого ветра.