— У нас подготовлено два варианта, — император даже поднял два пальца в виде знака «v». — Один из них точно может не понравиться князю Мамонову, а второй сулит для тебя весьма приятные преференции. И это пока все, что ты можешь знать. Не по твоему чину вникать в сложные узоры межклановой политики.

Этак легонько ткнули носом в лужу. Сиди, не умничай. Что ж, все правильно. Я почувствовал много воли с опасными, так-то, людьми. С другой стороны, со мной разговаривают как со взрослым, хотя ничто не могло помешать Мстиславским проигнорировать мнение какого-то подростка. Решили все вопросы без проблем за столом переговоров, и я даже не дернулся бы.

— Насчет «Арбалета» я могу поговорить с Иртеньевым, — неожиданно сказал Иван Андреевич. — Если у тебя и в самом деле появится желание проявить свои таланты и умения в системе государственной безопасности, попробуй рискнуть. Но что-то мне подсказывает, что родители будут очень недовольны твоим решением.

— Спасибо, Ваше Величество, — я встал и прижал руку к груди, вызвал новые улыбки мужчин. — Я как запасливый хомяк, все в нору тащу. Срок придет, разберусь, что полезно, а что во вред.

— Ладно, ладно, — смеясь, отмахнулся император. — От скромности не умрешь. Передам Анастасии Павловне, что ее подопечный весьма шустер, не пропадет в жизни.

После этих слов он встал, давая мне сигнал, что аудиенция закончена, пора и честь знать. Я сделал поклон в сторону цесаревича, продолжавшего расслабленно релаксировать в кресле, и вместе с государем дошел до двери.

— Со своей стороны хочу сказать, что постараюсь провести переговоры с князем максимально полезно для тебя, — негромко произнес Мстиславский. — Если не удастся договориться, готовься переехать в Зарядье. Вопрос о смене опеки практически решен. Думаю, здесь тебе будет гораздо комфортнее. Все под боком, не нужно мотаться куда-то за город. Со школой тоже вопрос обсуждаем. Ну, иди…

Он распахнул дверь и обратился к одному из охранников:

— Доведешь мальчика до нижней гостиной, получишь распоряжение от государыни.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — вытянулся личник. — Будет исполнено.

Он дождался, когда я выйду в коридор и решительно зашагал в направлении гостевого зала, на полкорпуса опережая меня.

Император вернулся в кабинет и занял свое место.

— Каков, а? — спросил он риторически.

— Обычный нахальный приютский мальчишка, — усмехнулся цесаревич. — Намучается с ним князь Мамонов, что-то мне интуиция подсказывает.

— Думаешь? — император улыбнулся уголком губ.

— В этом пареньке слишком много ветрености и неправильно вложенных ориентиров, как и каши в голове, — рассуждал Юрий. — Но это не в упрек ему. Даже в такой ситуации сохраняет приятную разумность, несмотря на возраст. Может, это и хорошо. Рассудительность поможет миновать неприятные моменты, присущие юношам в его годы.