Одинокий мужчина, закутанный в длинный плащ, появился у ручья в лунную полночь, когда ратнинцы уже покинули свое временное пристанище. В черном бархатном небе таинственно мигали звезды. Стрекотали сверчки. Призрачный свет полной луны заливал уставшую за день землю.
Заглянув под старую иву, мужчина сунул руку под плоский камень… и вытащил оттуда кусочек березовой коры. Выйдя на свет, развернул, прочел нацарапанное послание. Только одно слово там и было – «Изяславль». Что ж, умному – достаточно.
Глава 8
Глава 8
Рогволда Ладожанина ратнинцам ждать не пришлось – купец сам уже дожидался их в условленном месте, невдалеке от того самого мыска, где не так давно и произошли некие важные события, предварившие «исчезновение» сотника.
Корабль Рогволда первым заметил Велька – признал сразу;
– А вон и ладейка варяжская – «Огненный конь»! Вон, вон, на носу голова конская…
Да и все увидели уже изящный корпус ладьи, с обшивкой внакрой, такой же, как и на любом варяжском драккаре. Такая обшивка «ходила» на волнах, делая корабль подвижным и словно бы живым, вертким. На носу виднелась резная конская голова, украшенная потускневшей от времени позолотой.
На ладье путников тоже заметили, видно было, как корабельщики сноровисто натягивают кольчуги. Да, ждали своих, но кто его знает, кого вот именно сейчас принесло издалече, – не видно. Любой незнакомец мог оказаться врагом, такие уж времена были, неласковые, откровенно мрачные. Потому и готовились… Сверкнули на солнце шлемы и наконечники копий, лучники пригнулись за бортами ладьи…
Сотник оглянулся на свою поредевшую ватажку. Многих уж нет… Зато остались, пожалуй, самые верные. Смуглоликий, похожий на греческого монаха Ермил, дружок его, рыжий балабол Велька, Вячко-стрелок, Златомир, до девок охочий, но верный, упертый… Ну и прямой заместитель Михайлы – десятник Архип, коего уже вполне можно было представить к должности полусотника. Да, говоря о ватаге, не следовало забывать и Добровою, проявившую себя ничуть не хуже парней. Ну и – «приблуды», Ляксей Корота и Горынко Коваль. Куда ж их девать было? Короту сотник предпочитал держать на виду и как-то избавиться от него пока не планировал – а вдруг да через него еще к кому ниточка потянется? Ковалю же было обещано помочь с обустройством в Турове, и Миша вовсе не собирался отказываться от своего обещания. Не только по моральным причинам, еще и свой человечек в Турове явно б не помешал.
Пригнувшись – еще стрелы слать начнут! – Михайла приложил ладонь ко лбу, прикрывая глаза от солнца.