Филипп не сводил взгляда с синего пламени под туркой. Если бы он смотрел на воду в ней, можно было бы предположить, что она должна была вот-вот вскипеть и он пребывал в ожидании нужного момента, чтобы погасить под ней огонь. Но смотрел он именно на язычки пламени. Именно глядя на них он услышал эти слова, всколыхнувшие в нем море чувств и явившие воспоминания. Вот он сидит с Аароном в забегаловке рядом с институтом и тот говорит ему о своем желании создать театр. Вот он представляется удивленным его появлению студентам. Теперь они в «Закусочной», что рядом с ресортом. Почему-то ему вспомнилось то, как отец желал ему с друзьями приятного вечера. Под конец он увидел крестик, образованный двумя пересекающимися волнами, после чего вдруг последовательно вспыхнули и погасли три кадра: на первом был пугавший его черный дверной проход в ванную комнату, на втором — вид чрезмерно увеличившейся в размере очередной ступени из сна Омида, и, наконец, третий кадр выпал из его собственного видения ивового леса.

На самом деле прошло лишь несколько секунд, и на всем их протяжении, помимо просмотра картинок из подсознания, Филипп думал об открывавшихся перед ним перспективах. Эти два обстоятельства уже вступили в открытую конфронтацию, когда Филипп продолжил диалог.

— Все можно сделать. Было бы желание, — криво улыбнувшись, перевел он наконец взгляд с огня на гостя.

— И в вас оно еще не погасло, — улавливая настроение Филиппа, поставил логическую точку в первой части беседы Пол Фредрик.

— Их, на самом деле, так много, — продолжал Филипп. — Сегодня, например, мы должны были собраться с целью обговорить планы на намечающееся турне. Сейчас я в открытую говорю с вами об этом, потому что оно быстро обретает довольно-таки ощутимые формы. Нам нужно лишь прийти к общему знаменателю по паре вопросов и дать делу зеленый свет. Еще мы должны были обсудить список новых спектаклей, которые я хотел бы поставить на этой сцене. Мне хотелось бы дать шанс моим ведущим артистам самим создать свои спектакли, благо у них для этого есть все предпосылки. Актеров у нас пока что мало, и мне хотелось бы дать возможность способным студентам участвовать в наших постановках.

— Как интересно! — вдруг прервал его Пол Фредрик. — Вот вы говорите, «актеров мало», а до этого упомянули «ведущих артистов». Во-первых, хотелось бы понять, сознательно ли вы использовали два разных понятия: «актер» и «артист», и еще мне интересно, как получилось, что в таком малом их числе вы выделяете ведущих?

Вопрос этот несколько смутил Филиппа, хотя с другой стороны он дал хорошее направление для развития беседы. Можно было и показать разницу в понимании театральных терминов, и аргументировать свое видение костяка труппы, в обоих случаях акцентируя на полном контроле над ситуацией и на отсутствие в его речи случайных слов. Он хотел было начать отвечать на вопрос, но тут вскипел кофе в турке, и Филипп принялся разливать его в две изящные кофейные чашки. После он расположил их на подносе рядом с заранее купленной коробкой шоколадных конфет и переместился к столику.