– Поворачивай! – крикнула она Финеле. – Поворачивай! Ни шагу дальше. Мы должны подождать, сколько сможем.

И эльфийская кобылица повиновалась, резко повернув назад, – она летела, высекая раскаты грома и стряхивая молнии со своей гривы. Теперь появилась надежда – и они мчались на поиски ее. Они летели по тропе, проложенной ими самими, по земле, которую Арафель исцелила, вернув ей прежний вид.

Но:

«Конец, – прошептал дракон из глубин Лиэслина, и шепот его полетел на восток. – Конец, о Арафель, – ибо сняты все чары, и последняя – Кеннент. Дерево умирает, разве ты не чувствуешь? Каванак погубил его, и теперь я свободен! Твое колдовство не удалось. Остановись, Арафель, и встречай меня».

Она приложила руку к камню, не останавливаясь: но ничто не говорило о том, что дракон лжет. Ее чары и чары Кеннента были одним и тем же – они черпали силу в земле, и в воздухе, и в бегущих реках.

– Отчаяние, – сказал дракон, – твои силы слабеют, слабеют, Арафель!

И тьма вновь покрыла исцеленную ею землю. Дроу запрудили ей путь, чтобы отрезать от Аргиада. Потоками они сбегали с холмов, держа знамена короля.

– Это твой брат, – сказал дракон. – Далъет нашел тебя, а Кеннент мертв.

Финела переменила шаг, повернула на запад – но и на тех холмах лежали тени, а с севера наступали дроу от Дун Гола, и с востока свое медленное продвижение уже начал дракон, налагая на землю свои заговоры, пока она не меняла свой облик и не делалась послушной ему.

– Стой, стой, – сказала Арафель, похлопав Финелу по шее и пытаясь разглядеть какой-нибудь путь среди холмов. Эльфийская кобылица шарахалась то туда, то сюда, выбивая копытами гром, прядая ушами и вскидывая голову. Ничто еще никогда не пугало Финелу, но теперь их окружили, и круг сужался, и на восток им идти не следовало. Арафель вынула меч. Мгла опустилась на них. Все затихло, и воздух стал морозным.

– О, Арафель, – промолвил сладкий голос – теперь он звучал гораздо ближе, – теперь ты веришь, Арафель? В этой маленькой долине никто из нас не сможет одержать победу, как бы нам этого ни хотелось. Но разве так не всегда в этом порочном мире? Оставь их, приди ко мне. Я буду чтить тебя. Я посажу тебя рядом с собой и окружу своими рабами. Лишь Далъет будет выше тебя.

Она не удостоила его ответом. Арафель огляделась, и Финела повернулась, послушная ее взгляду. Путь на восток лежал открытым, окутанный дымкой, приглашая ее к себе: Найер Скейяк рассчитывал на это, организуя засаду в холмах. С обеих сторон подступали дроу, всадники на фиатас и других черных тварях, а следом за ними неслись более мелкие существа.