Семена ереси уже посеяны, и до начала величайшей войны в истории человечества остаются считаные годы…

Твое появление не удивляет меня, убийца. Я знал о нем, едва твой корабль вошел в Восточную Окраину. Почему же я не покончил с тобой? Потому что твоя задача и то, что ты сделаешь, подтвердят истинность всего, что я когда-либо делал или говорил. Я лишь карал согрешивших так же, как теперь твой лживый Император карает меня. Смерть — ничто по сравнению с оправданием всей жизни.

Последние слова Конрада Керза, примарха VIII легиона Астартес

1. ТЬМА

1. ТЬМА

Серая, будто кожа мертвеца, сфера Тсагуальсы вращалась в болезненном свете своей звезды. На этой пустынной планете, ютящейся на задворках космоса, куда едва доходил луч Астрономикона, не наблюдалось ни следа человеческих колоний. И, скорее всего, появиться им там было не суждено. Тсагуальса не могла похвастаться ни размерами, ни значимыми запасами воды, тем не менее некоторые называли это место домом.

Повелители Ночи решили оставить планету себе.

Она подходила VIII легиону. Как и любой другой населенный людьми мир, она родилась из пламени и газа и казалась потенциально обитаемой, но на финальных этапах эволюции небесного тела что-то пошло не так. Тсагуальсе никогда не стать такой же пышущей жизнью и процветающей, как те планеты, которым посчастливилось оказаться на орбите вокруг более благодатных звезд. Этот мир, подобно своим новым обитателям — сыновьям родителей, погрязших в пороке, — демонстрировал лишь проблески нереализованного потенциала.

Повелители Ночи с присущей нострамцам поэтичностью дали планете еще одно имя: Падальный мир. Все нострамцы были прирожденными лжецами, а поэзия, как известно, главное искусство лжецов. Тсагуальса представляла собой сухую и пыльную каменную глыбу. Здесь некому было умирать и разлагаться и некому питаться трупами. Но безжизненные пустоши понравились примарху Восьмого — они воплощали собой идеальный порядок, которого он так жаждал. Порядок, который мог длиться вечность. Ничего не менялось. Любой след на поверхности постепенно скрывала пыль, которую гоняли туда-сюда мертвые ветра. Барханы из серого песка появлялись и исчезали.

Так было, пока не появились Повелители Ночи.

Керз, словно раковая клетка, принес с собой анархию. Падальный мир не менялся только потому, что был необитаем. Вместе с Повелителями Ночи на Тсагуальсу пришел низменный хаос Нострамо.

На всей планете жизнь теплилась лишь в крепости VIII легиона, возведенной для его владыки. Огромный замок из черного камня, украшенный человеческими останками, выглядел жутко. Но в этой кошмарной демонстрации достижений палаческого искусства чувствовалась своя болезненная, извращенная красота. Десяткам тысяч воинов-космодесантников требовались сотни тысяч рабов, и это множество смертных людей образовало общество, живущее по своим жестоким законам, до которых Повелителям Ночи не было никакого дела. Легион жил в состоянии упорядоченной анархии. Дисциплина страдала от бесконечных сражений и безразличия примарха. Всего через несколько десятилетий после неудачной попытки магистра войны узурпировать престол Императора от братства Астартес осталось только название. Последнее, что связывало их вместе, была общая кровь, и эта связь слабела с каждым мгновением, растворяясь в едком безумии их отца.