Ческа дернулась было, но дверь с сильным хлопком закрылась, едва не попав дане по носу.

– Садись, дана, в ногах-то правды нет. – Ведьма опустилась рядом с шаром на стул и положила на него руки. Повинуясь ее жестам, шар засветился чуточку ярче.

Ческа рухнула на соседний стул. Неудобный – жуть. Хорошо хоть, под ней не развалился, а то бы и на полу оказалась.

– Ты, дана, сюда ручки-то положи. Посмотрим, чего тебе надо…

Ведьма смотрела, щурилась…

Только вот и Ческе отступать было некуда. Она выдохнула – и положила руки на шар.

Тот потеплел, рассветился под ее пальцами… Старуха внимательно смотрела, словно и правда там что-то видела. Для самой Франчески все было словно красным маревом затянуто, она в этом шаре не видела ничего. Наконец ведьма покачала головой:

– Любовник у тебя хороший. Даже не любовник, он-то любит, так? Вот, сердце рядом с тобой вижу, прямо под каблучком…

Ческа кивнула. Ну, в чем-то так и есть. Он любит, она нет…

– Есть у тебя что от него? Кровь, волосы… хоть что-то?

Вообще-то это считалось государственной изменой. Но платок с каплями крови Филиппо у Чески был. Мало ли что…

Вот он и перекочевал в цепкие пальцы бабки, которая и набросила его на минуту на шар, прямо поверх рук Чески. И свои приложила.

Подождала пару секунд, а когда шар полыхнул вовсе уж ярко – сдернула тонкую ткань, вгляделась.

– Соперница есть. Вот она… рядышком. Только не по любви, а по проклятию, что ли? Любит он только тебя, но и с ней связан. Крепко так… На семье твоего дружка какие проклятия есть?

Ческа пожала плечами.

Вот уж чего она не знала, того и не знала. И подозревала, что не стоит – целее будет.

– Не знаю.

– Ну и ни к чему тебе. Ты только знай, что с тобой он через любовь связан, а с ней через проклятие. Не женится, так и протянет недолго.

Ческа прикусила губу:

– А снять это как?