Хидеки и его команда доложили о результатах исследования растений: по сути земные формы, только плотнее и крепче. Некоторые были ядовитыми, поскольку содержали тяжелые металлы или нечто подобное, однако большинство можно было употреблять в пищу без особых опасений. Человек вполне мог питаться исключительно дикими видами растений. Однако потребуются дополнительные исследования, чтобы понять, сколько видов нужно будет добавить в рацион для сбалансированной диеты.

Первый обед с троадской пищей стал настоящим событием. Вкусы не поддавались описанию. Лоренцен понял, насколько скудны большинство человеческих языков в вопросах передачи вкусов и запахов, однако он уловил намеки на имбирь, и корицу, и чеснок. Ухмыльнувшись, он предположил:

– Быть может, душа Эскофье[14] не попала в рай. Может, он получил особое разрешение летать по галактике в поисках мест для готовки.

Торнтон нахмурился, и Лоренцен покраснел – но как извиняться за шутку? Он промолчал, однако морщился, вспоминая о случившемся.

Гамильтон разрешил попробовать местную пищу только половине членов экипажа и весь следующий день внимательно за ними наблюдал.

Иногда они видели животных, в основном небольшие пугливые силуэты, что шныряли в высоких травах на краю выжженного участка; но однажды мимо прошло стадо более крупных четвероногих размером с пони – серо-зеленых, покрытых чешуей, с длинными ногами, оканчивавшимися копытами, и рептилоидными головами без ушей. Умфандума ругался, так ему не терпелось взглянуть на них поближе.

– Если эволюция рептилий зашла так далеко, бьюсь об заклад, что здесь нет млекопитающих, – сказал он.

– Рептилии в ледниковом периоде? – скептически спросил Фернандез. – Только не такие крупные, друг мой.

– Ну, не рептилии в строгом смысле слова, а животные, которые ближе к ним, чем к земным млекопитающим. Мне говорили, здесь есть холодные и теплые сезоны, а следовательно, у них должна быть теплая кровь и развитые сердца. Но они определенно не похожи на плацентарных.

– Это еще один аргумент в пользу того, что здесь нет разумной жизни, – заметил Лоренцен. – Такое впечатление, что эта планета только и ждет человека.

– Да… ждет, – произнес Эвери с неожиданной горечью. – Ждет шахт, и городов, и дорог, ждет, чтобы холмы были срыты, а равнины заполонили люди. Чтобы наши собаки, кошки, коровы и свиньи уничтожили бесконечное разнообразие местной жизни. Ждет шума, грязи и толпы.

– Тебе не нравится человеческая раса, Эд? – издевательски осведомился Гуммус-лугиль. – Я думал, это входит в твои должностные обязанности.