— Невыносимо! — прошипел Сет, вскочил на ноги и начал метаться по комнате, пытаясь хоть чем-то себя отвлечь. Часть его разрывала душу на осколки и гнала извиняться перед братом, а то и вымаливать прощение. Другая часть подсказывала что навряд ли Джастину станет лучше, если Сет попадется ему на глаза — скорее будет обратный эффект и ухудшение состояние. Третий голос нашептывал, что слишком много свидетелей было у этой сцены, и идти на попятную просто нельзя. Четвертый где-то в глубине уверяла, что если бы не эта девка, ссора навряд ли бы состоялась. Кажется, пробивалась ещё одна чужеродная мысль из глубин сознания. Уверявшая, что ему никто не нужен, в том числе и брат. Что он сам был бы рад от него избавиться — слишком уж много хлопот доставляет.

От этой мысли, полоснувшей разум раскаленным железом зашевелились в ужасе волосы от одного только осознания, что такая мысль вообще могла возникнуть.

— Да сколько вас там? — выкрикнул в пустоту князь, заметив слишком много разных голосов в своей голове. В бешенстве кинулся к зеркалу вызвать Отражение.

— Твои проделки? Сколько ещё вас прячется? — рявкнул Сет, ударив кулаком по стеклу.

— Я пытался тебя остановить, но я всё слабее. Ты уже почти меня не слышишь. Кто знает, кто, или что придёт вместо меня. Мне ничего неизвестно. Решай сам, — стекло моментально почернело, но изображение в этот раз стало проявляться не сразу. Голос Отражения был слишком тих, так что князю пришлось напрячь слух.

— Ты один мне на глаза показываешься, что я должен решать? — Сета трясло от ярости, сменяющейся страхом. Он уже достаточно давно не смотрел на Отражение. Теперь стоящий перед ним парнишка стал намного прозрачнее и почти парил в темноте как призрак. От колен и ниже дымка рассеивалась настолько сильно, что очертания ступней уже не угадывались.

— Что я могу тебе посоветовать? Я всю жизнь слушал Селфиса — ты знаешь, к чему это привело. Затем ты заточил меня в омуте своего весселя, стал слушать отца — ты знаешь, к чему это привело. Меня ты почти никогда не слушаешь — и ты видишь, к чему это приводит. Кого ты послушал, решив уничтожить брата?

Сет растерялся, совершенно запутавшись. Отражение не обращало на его задумчивость никакого внимания и продолжало рассуждать.

— Ты так уверен, что кто-то меня в твоем весселе сидит ещё кто-то? Тебе так хочется переложить ответственность за свои поступки на кого угодно? Тебе от этого легче станет? А может быть станет легче Джастину? Раньше ты хотя бы на него опирался, а что теперь? — Отражение уже явно устало вещать, голос становился все тише. Сет никак не хотел воспринимать его слова.