«Остерегайся Мышелова» – гласила она, однако в сочетании с болью от когтей ястреба оказалась для Фафхрда последней каплей. Подъехав к Мышелову, он, пока Ахура справлялась со своей норовистой лошадью, потревоженной происшествием, выложил приятелю все свои подозрения и предупредил, что любое нарушение их договоренности немедленно положит конец дружбе и приведет к смертельному поединку.

Мышелов выслушал друга с отсутствующим видом, продолжая мрачно наблюдать за Ахурой. Ему очень хотелось открыть Фафхрду истинные причины своего поведения, но он сомневался, что сумеет выразить их достаточно вразумительно. Кроме того, ему было досадно, что Фафхрд неправильно его понял. Поэтому, когда северянин резко высказал все, что думал, он ничего не ответил. Фафхрд расценил это как признание вины и в гневе ускакал прочь.

Теперь они приближались к холмистой местности, откуда мидяне и персы нахлынули на Ассирию и Халдею и где, если верить географии Нингобля, они должны были отыскать логово Князя Зла. Поначалу древняя карта на покрове Аримана не столько помогала путешественникам, сколько выводила их из себя, однако позже, благодаря на удивление толковым замечаниям Ахуры, они начали провидеть в ней какой-то тревожный смысл: там, где местность, казалось, вела к горному кряжу с седловиной, на карте было обозначено узкое ущелье, а где по всем признакам должна была быть гора, карта указывала долину. Если карта не врала, путешественники через несколько дней должны были оказаться в Затерянном Городе.

Между тем одержимость Мышелова все усугублялась и в конце концов приняла определенную, но весьма странную форму. Он решил, что Ахура – мужчина.

Удивительно, однако до сих пор ни бивачная жизнь, где все постоянно друг у друга на виду, ни усердные наблюдения Мышелова не дали ясного ответа на этот животрепещущий вопрос. И, оглядываясь назад, Мышелов с удивлением вынужден был признаться себе, что не располагает никакими конкретными доказательствами. Да, судя по фигуре, жестам и вообще по всей повадке, Ахура была женщиной, однако он вспомнил раскрашенных и с подложенными мягкими частями сластолюбцев, нежных, но не приторных, которые весьма успешно изображали женственность. Нелепо – но что поделаешь. С этого момента его чрезмерная любознательность превратилась в тяжкий труд, и он усилил свою мрачную бдительность, к страшному неудовольствию Фафхрда, который время от времени внезапно начинал постукивать ладонью по рукоятке меча, однако даже это не могло вынудить Мышелова отвести от девушки взгляд. Каждый из друзей пребывал в мрачной раздражительности, равно как и верблюд, который проявлял все больше и больше упрямства по мере удаления от милой его желудку пустыни.