Мышелов и Ахура внесли девушку внутрь. При виде Ахуры все семейство съежилось от ужаса.

Они уложили девочку на солому, и Ахура, сбегав за водой, принялась смачивать ей лоб.

Между тем Мышелов, играя на ужасе семейства и взяв на себя роль демона с горы, заставил их отвечать на вопросы. Прежде всего он спросил о каменном городе. Там древние поклонялись дьяволу, сказали крестьяне, этого места следует избегать. Да, они видели черный монолит Аримана, но лишь издалека. Нет, Ариману они не поклоняются – видите алтарь с огнем, который они соорудили его противнику Ормузду? Они страшатся Аримана, а камни в дьявольском городе живут своей жизнью.

Затем Мышелов поинтересовался относительно туманной горы, но тут получить вразумительный ответ оказалось труднее. Вершина горы всегда покрыта облаком, уверяло семейство. Хотя однажды на закате, признался юноша, ему показалось, что он различил неестественно наклоненные зеленые башни и витые минареты. Но там, наверху, таится опасность, страшная опасность. Что за опасность? Этого он не знает. Мышелов повернулся к старику и хрипло проговорил:

– Ты упомянул, что мой брат-демон не берет с тебя денег за эту землю. Чем же вы расплачиваетесь?

– Жизнями, – прошептал старик, в страхе закатывая глаза.

– Жизнями, вот как? И по скольку? И когда и как они за ними приходят?

– Они не приходят. Мы идем сами. Раз в десять лет, а может, в пять ночью на горе загорается желто-зеленый свет, и мы начинаем ощущать могучий зов. Порою после такой ночи один из нас исчезает – как правило, тот, кто находился далеко от дому, когда загорелся зеленый свет. Когда ты дома вместе с другими, зову сопротивляться легче. Я видел свет только один раз, и то стоя в дверях дома; за моей спиной горел очаг, и меня крепко держали.

Мой брат ушел, когда я был еще маленький. А потом свет не загорался очень много лет, и я уже начал было думать, что это детская сказка или мираж. Но семь лет назад, – дрожащим голосом продолжал старик, не сводя глаз с Мышелова, – однажды днем на двух тощих и измученных клячах прискакали молодой человек и старик, вернее, фантомы молодого человека и старика, потому что я, глядя в щелку двери и дрожа, сразу понял: вернулись хозяева замка Туманной Мглы. Старик был лыс, как стервятник, и безбород. У молодого человека только начинала пробиваться черная шелковистая бородка. Он был одет в черное и серебряное и очень бледен. Лицом он был похож… – Старик испуганно покосился на Ахуру. – В седле он сидел как будто кол проглотил, его костлявое тело раскачивалось из стороны в сторону. Он был похож на мертвеца.