Все евреи в квартале Мюнхена смотрели, как раввина полицейские вели к фургону. Неделю назад кто-то погромил еврейское кладбище, и не только в Мюнхене. Разбиты надгробья, что не разбиты — испачканы краской с ругательствами. Их отмыли на следующий день, штурмовики, тихо, без прессы. Чуть позже они восстановили часть надгробий. Те, что были разбиты на две части. Заклеили, замазали трещины. Для общины, особенно для старой её части, это было шоком. Хотя, в программе Социалистической Рабочей Партии Германии не было антисемитской риторики, но страх был. Но машины ни куда не поехали. Они стояли, полицейские не низкого ранга прогуливались около них. Через два часа двери фургона открылись, выпустив раввина. Он достал платок, вытер пот, и спокойно пошёл в свой дом. Полицейские сели в машины и уехали. Через полчаса весь квартал был в доме у раввина с одним вопросом. Тот буднично рассказал, что допрашивали по погрому на кладбище, как первого, кто обнаружил и сообщил. Дело ведёт гер Маус, старый оперативник. Его вызвали с пенсии, учитывая его способности и послужной список. Община может быть спокойна за расследование. Найдут именно тех, кто это сделал.

В это время в штабе СРПГ шло заседание управления. Погром на еврейском кладбище был серьёзным происшествием. Некоторые из членов партии испытывали антисемитские наклонности. Их вызывали и допрашивали уже не один день. Но всё тщетно. У всех было алиби. Расследование на особом контроле у комиссара. И по линии полиции, и по внутрипартийной линии. Если это сделал кто-то из своих — последуют репрессии, полетят должности и головы. Пресс-служба Канцлера уже выступила с обращением на эту тему.

Полицейские остановили машину. Рутинное патрулирование обернулось задержанием возможного преступника. Но машина арендованная, с фирмы. Водитель не сопротивлялся. Показал документы, договор аренды, оформленный три дня назад. По компьютеру машины всё сходилось. Он арендовал машину и уехал в деревню к родственникам. Но машина проходит по делу о вандализме. Оформили протокол, вызвали полицейский эвакуатор. Завтра гер Штайнер поедет к владельцу за показаниями об арендаторах. Их проверят, всех. Эта машина была замечена камерами около кладбища в еврейском квартале, примерно во время совершения акта вандализма. Есть и съёмки внутренних камер, но преступники были в масках. Но кадры изучаются, их найдут. Нельзя разочаровывать спонсоров партии, особенно сейчас, когда в Лондоне идёт конференция.

Бургомистр города Мессель готовился к интервью. Повод — участие его региона в программе технического развития энергетики Новой Германии. Объявленная партией политика технического развития и экономии начала приносить свои плоды. Он находился на новом заводе по переработки горючих сланцев. Завод должен был заработать перед началом конференции в Лондоне, но подвели строители, бригады, взятые из трудовых лагерей. Их производительность была ниже любых разумных пределов. Они часто болели, обычно симулируя болезнь, чтобы остаться в лагере и получить дополнительное питание. А работали, хуже некуда. Все были выходцы из арабских стран и с Северной Африки. Конечно, нельзя сказать, что все были такими. Он лично знал несколько выходцев с востока, которые содержали магазинчики и кафе, честно работали и платили налоги. На этом-же заводе работала бригада выходцев из Туниса, и работала хорошо, в пример потомственным бюргерам. Другие занимались сельским хозяйством и извозом. Но ни кто не подавал заявки на рабочих из трудовых лагерей, предпочитая нанимать поляков или венгров. Но завод достроен, загружена первая партия сырья в газаторы, отрегулированы фильтры. Сегодня в прямом эфире он запустит первый газатор в работу. Емкость уже загружена, проверено всё, реактив готов. Ждут только начала выступления директора этого завода. Для Земли Гессен и для самого Месселя это значительный экономический рывок. На продуктах газации будут работать ряд производств: синтез топлива, пластика, изготовление пластиковых изделий, расширится сельское хозяйство. Остатки от газации, зола и углерод, будут дешёвым топливом для местных хозяйств. Они будут спрессованы в брикеты с местными сланцами, и пойдут в печи домов, магазинов, лавочек. Подобные заводы по всей Германии. Работают на буром угле, сланцах, торфе, органических промышленных отходах. Теперь и Мессель вливается в эту отрасль.