Первая вихревая гонка такого рода. Чисто спортивная вихревая гонка. Без всякого смысла – просто грандиозное зрелище.

Мы с Лукой вместе вышли на старт. Наши лица были выведены на большие голографические экраны, и публика разразилась аплодисментами.

Я посмотрела поверх голов, увидела, как Робур и Эллистер машут нам, увидела Натаниэля и Седу, а рядом с ними – Атласа и его белоснежную подружку. Еще я увидела лысого человека с рыжей бородой, у которого от волнения пылали руки, когда он подбадривал Луку.

Лука не называл его папой или отцом, потому что эта роль навсегда была отдана Гилберту. Тем не менее они снова нашли друг друга, и я, несмотря ни на что, была очень этому рада. Лука заслужил знать свои корни. Он всегда этого заслуживал.

На трибуне стояли Арисса и Лис. На Лис был один из ее шикарных костюмов в сочетании с туфлями-лодочками, которые никто, кроме нее, никогда бы не назвал удобными. На Ариссе были выцветшие джинсы, распущенные волосы свободно падали на плечи. Ее жилет был украшен неоновыми буквами Cidade.

Остановившись у стартовой линии, я одарила Лис легкой улыбкой. В свою очередь она не смогла сдержать едва заметного движения уголком рта, хотя, конечно, должна была оставаться беспристрастной.

Лис знала, кто я и откуда, но дала мне понять, что это вообще ничего не меняет, и наши отношения остались прежними. За прошедший год скорбные складки у ее рта разгладились. Теперь на ее лице светилось что-то вроде гордости. Гордости за то, что создал Гилберт. Потому что реструктуризация и поэтапный роспуск кураториума основывались исключительно на его планах. Лис нашла его записи через несколько недель после нашего возвращения. Очевидно, Гилберт сам установил время, по истечении которого все данные должны были попасть к Лис… на случай, если он больше не получит к ним доступ. Там был прописан весь процесс: слияние мутантов и людей, восстановление городов, которые считались исчезнувшими, полное закрытие всех зон.

Осуществляли реструктуризацию Арисса, Лис и Натаниэль. Они упразднили кураториумы и помогли сформировать новые правительства по всему миру, в которых на равных были представлены и мутанты и люди.

– Я уж было подумал, что ты испугалась, – услышала я знакомый голос рядом со мной и усмехнулась:

– Я просто не могла найти свой детектор. И не надейся. Сегодня ты будешь глотать пыль.

Бэйл засмеялся. На полуденном солнце его волосы блестели темно-каштановым, а от озорной ухмылки, которой он одарил меня, чуть не подкосились колени.

– Да, – подтвердил он. – Точно буду.