Медб тяжело рухнула навзничь, вскинула на противницу полыхающий гневный взгляд. То ли после удара у правительницы свело челюсть, то ли она поняла, что говорить уже нечего и незачем — Благая покорно распласталась в луже крови, как пойманный мотылек, только губы кривились и дрожали, да на лбу пульсировала жилка.

Заложив одну руку за спину, Зоя безмолвно протянула королеве вторую. Прошло несколько секунд, Медб недоверчиво смотрела на протянуте ей грязные пальцы, но, спустя почти минуту, схватилась за запястье Зои, словно они были лучшими подругами. Однако кукла так не считала — она дернула Медб на себя и пронзила ее грудь мачете. А затем отпустила руку противницы, позволяя королеве вновь упасть на пол. Корона соскочила с головы Медб и покатилась по полу, Зоя остановила ее ногой. Нагнулась, подняла и надела себе на голову. Усмехнулась:

— А ты, — бросила она, не поворачивая головы, стоявшему невдалеке Карлу. — Пойди возьми корону Габриэля. Они принадлежат нам по праву!

Она вскинула руку с мечом вверх, величественная и прекрасная, капли крови с короны терялись в ее красных волосах… И армия Габриэля застыла на миг, опустила оружие и в едином порыве благоговения опустилась на одно колено.

— Армия приветствует свою королеву, — сказал Хэвен из-за спины Зои. Кашлянул коротко и влажно, болезненно. — Они признали тебя.

Прямо стоять остался только Габриэль.

— Сдавайся, — сказал ему Карл.

— Хочешь меня убить? — Габриэль поднял кулак, бросил на него хитрый взгляд, и Зоя прищурилась, гадая, что же король сжал в руке. — Ну, рискни! Только тогда ты никогда не получишь то, что у меня есть.

Меж пальцев Габриэля сверкнул гладкий опал, и Зоя вздрогнула, догадываясь, какую великую драгоценность может предложить нечестивец за свою жизнь.

— Я ведь старый друг Кроноса, Вида, — захохотал Габриэль (Карл поморщился от этого звука, досадуя, что он — брат, к тому же, близнец этого безумца). — Заключить еще одну сделку для меня не составило труда. Я выторговал у него душу твоего смертного любовника. Вот только ты ее никогда не получишь!

— Даже не хочу спрашивать, что ты отдал взамен!

Габриэль и не ответил. Он поднес камень к груди и вдавил его… Опал исчез в плоти, словно утонул в мягком масле.

— Рискнешь убить меня — и его душа пропадет из этого мира навсегда.

Зоя шагнула к свергнутому королю, но только раз, растерянная.

— Вот ты дурак, — рассмеялся Карл, наблюдая эту сцену. Он подошел к девушке, взял ее за плечо, не успокаивающе, по-хозяйски: «моя власть». — Если б мы тебя прикончили, твоя душа переродилась бы в другом теле. Да, королем ты бы уже не был, да, может быть, и забыл бы все. Но ты все-таки сумасшедший. Или идиот.