– Если я разбужу командующего, он придет сюда вместе со специалистом по дипломатической психологии и тот начнет мне зачитывать какой-то бред из своих, якобы умных инструкций.

– Но, сэр, станции связи принадлежат не нам!

– Ладно, я тебе объясню, – сказал начальник штаба, поворачиваясь к секретарю. – В конце концов, я кое чем обязан твоему дяде. Так вот, лейтенант, судя по маркировки депеши, отправлена она коммерческой службой. Какими нибудь торгашами. А значит они послали предложение не только нам, но всем до кого дотянулись. И что будут делать эти все, когда получат такую чрезвычайную информацию?

В этот момент стены загудели, отозвавшись на первый залп орудий.

– Э… Они будут перепроверять, пытаться выяснить примерный район отправки сообщения.

– Вот! Проводить эхо-реконструкцию! А для этого что необходимо?

– Карта исходных передатчиков?

– Вот именно, лейтенант, карта исходного маршрута! А мы этот маршрут сейчас уничтожаем вместе со станциями!

Последовал новый залп и стены снова загудели.

– Сейчас прибежит командующий.

– Да, он уже в пути, – согласился начштаба.

В этот момент тяжелая дверь распахнулась и в операционный зал вбежал командующий группировкой.

Он был взъерошен и на ходу застегивал китель.

– Что за хрень здесь происходит!? – воскликнул он.

– Спокойно, Питер, я тебе сейчас все объясню, – сказал начштаба.

– Да уж потрудись! Иначе мне придется доложить о случившимся в Комиссию!

– Вот, прочитай это сообщение… – сказал начальник штаба останавливаясь возле пульта секретаря.

Тот сидел бледный, испуганно глядя на приближавшегося командующего, который славился крутым нравом еще там – в мире с прежним набором измерений, а уж здесь…

Давно было замечено, что все переформатированные субъекты становились более эмоционально неуравновешенными.

В этот момент, в зал неслышно проскользнул майор из новой службы дипломатической психологии, призванной упростить контакты с аборигенным сообществом.