А это дедушкин голос.

— Добрый вечер, проходите.

Дедушка повёл гостя в кабинет. Может, и впрямь, это только родич? Приехал по своим делам…

В кабинете Варн коротким жестом пригласил гостя сесть на диван.

Венн усмехнулся: его усаживали подальше от стола и лежавших на нем бумаг. В прихожей детская обувь и одежда, отчуждённое выражение лица профессора, надо же… действительно, всего не предусмотришь. Он-то хотел предупредить профессора, что дети пропали, и втихую подключить к поискам, а они уже здесь. Придётся весь план похерить и импровизировать.

— Вы обещали, — сурово сказал Варн, возвышаясь над сидящим на диване Венном.

— Я сдержал обещание, — спокойно ответил Венн, — он умер сразу.

— Что? — не поверил услышанному Варн.

Ахнув, вбежала в кабинет жена, но Варн остановил её взглядом.

— Да, — твёрдо ответил Венн. — А вы бы хотели ему медленной смерти под пытками? И такой же смерти его детям и матери его детей?

Говорить, глядя на собеседников снизу вверх, было мучительно неудобно, непривычно, но Венн не изменил позы.

— Да, выбор был именно такой. И я сделал все, что мог.

Варн тяжело сел на диван, и жена немедленно заняла своё привычное место на подлокотнике рядом с ним.

— Как… это случилось? — тихо спросил Варн.

— Я не могу, — Венн твёрдо смотрел в лицо профессора, — и не буду посвящать вас в детали. Повторяю, он умер сразу. И пошёл на смерть вполне сознательно, спасая свою семью и… своё дело.

— Яд, пуля?

— Неважно. Повторяю, смерть была мгновенной. Тело вам выдадут для соответствующего обряда, думаю, через декаду. Газета будет выходить, его дети… вот здесь проблема. У него было трое детей, вы знаете?

— Да, — спокойно ответил Варн.

— Я приехал просить вас приютить двоих из них, бастардов. Наследника примут в Амрокс. Там он сможет жить до совершеннолетия. А бастарды… их матери мертвы, и у них нет родичей, кроме вас.

— Вот как? — словно даже удивился Варн.