— Нет у меня билета, — говорит, — и не надо. Я же тут работаю, на ДЖД.

— Чего? — У меня от такой наглости аж в носу запершило. — Никак ты тут не работаешь, я всех наших знаю!

— Ну, может быть, я тут работать еще только буду? — Он обвел взглядом вагон, нахмурился. — Или работал…

— И новеньких я всех знаю! — У меня стало крепнуть убеждение, что никакой этот наглый пацан не Безбилетник, а простой безбилетник. — Ты как вообще сюда попал?

— А никак! Сидел, книжку читал. И вот я здесь… Значит, так надо.

Я начинаю злиться и лихорадочно вспоминать, что говорит инструкция по поводу таких вот типов. Ничего не говорит вроде. Можно Вальку позвать, а смысл? Валька только шуму наделает, а толку — ноль. Ладно, высажу пацана на «Шахтерской», пусть обратно по путям топает.

— Раз так уж надо, — сообщаю как можно язвительней, — то вполне мог бы потратить сорок рублей на билет.

Тут пацан аж подпрыгнул:

— Сколько-сколько рублей?

— Сорок. Туда и обратно. В одну сторону — двадцать. Гривны не принимаем.

— Обалдеть! — Лицо его приняло задумчивое выражение. — Слушай, ты только не удивляйся. А можно тебя спросить? Ты только не удивляйся, ладно?

Злость у меня вдруг прошла — уж больно пацан искренне это сказал.

— Давай, — говорю, — спрашивай.

— Три вопроса. Какой сейчас год? Где мы? Есть тут война с фашистами?

Все-таки — Безбилетник, пришелец откуда-то, подумалось мне. Отвечаю коротко:

— Двадцать второй. Донбасс. Есть.

А этот балбес, не поверите, вдруг говорит:

— Ура!

Глеб, тогда

Сначала получилось не очень удачно. Глеб приехал на «Пионерскую», надеясь, что кто-нибудь из третьей смены не явился, и он тут как тут — на замену. Но третья смена пришла вся. И вся вышла на маршрут. Тогда Глеб попытался прикинуться ветошью и приткнуться в учебном классе на задней парте, но там начались занятия для новичков, и Иван Сергеевич его вычислил на раз. И выставил за дверь — нечего, мол, тут ветерану юножелезнодорожного движения отираться. Глеб задумался: куда ж крестьянину податься? Мамка только через пять часов со смены придет. Можно погулять по парку, но чего он там не видел? Можно съездить к бабушке в Горловку, но вдруг опять гроза? Потерю железнодорожной формы он не переживет! Решение все же пришло — надо напроситься в вагон, усесться там в уголке и кататься, читая книжку. В третьей смене проводниками-контролерами работают Кофман и Березин, они хорошие, особенно Кофман, пустят…