22

22

Пальчики проснулась в доме Сиф, в той самой постели, которую она занимала и позапрошлой ночью, чувствуя себя свежей и отдохнувшей. Близился вечер. Она выскользнула из-под одеяла, стараясь не разбудить посапывавшую рядом Гейл, надела один из лежавших в ногах кровати банных халатов и пошла в кухню, где Афрейт, в таком же одеянии, стояла у входной двери и смотрела наружу сквозь забранное роговыми пластинами окошко. Крючки для одежды на стене у входной двери были пусты, кроме двух: на них висела одежда, по размеру явно больше той, что на Афрейт, – пояс с металлическими украшениями и ножны с кинжалом и топориком. Внизу стояли сапоги.

– Я собираюсь в парную, – сказала женщина. – Хочешь со мной?

– С благодарностью, госпожа, – ответила девочка. – Ты осыпаешь меня благодеяниями, за которые я никогда не смогу отплатить.

– В этом преимущество моего положения, – отозвалась Афрейт. – А ты можешь рассказать мне про Илтхмар и Товилийс: мне никогда не приходилось бывать там. – Лукавая усмешка мелькнула в ее фиолетовых глазах. – Заодно и спинку мне потрешь.

Она повесила свой халат на один из крючков и повела девочку в узкую комнатку, которую целиком занимало некое подобие деревянной лестницы из четырех ступеней. Рядом стояли два ведра: одно с водой, другое – с раскаленными докрасна булыжниками. Проходя мимо них, девочка почувствовала их жар на своих лодыжках и коленях. Четыре небольших окошка скупо освещали помещение. Вооружившись ковшом на длинной ручке, Афрейт плеснула на раскаленные камни водой. Раздалось отчаянное шипение, и их окутало облако пара. Афрейт уселась на третьей ступеньке, Пальчики последовала за ней. Заметив в глазах девочки тревогу, Афрейт решила ее подбодрить:

– Что, сердечко зашлось немного? Не бойся, дыши глубже. Сядь пониже, там не так жарко.

– Здесь и в самом деле жарковато, – согласилась Пальчики, но спускаться не стала.

– Ну а теперь расскажи мне про грязный Илтхмар и его поганого крысиного бога, – попросила Афрейт. – Как его изображают?

– В виде человека, но с крысиной головой и длинным хвостом. Служители его культа обычно надевают маски, изображающие крысиные головы, и держат в руках длинные тонкие хлысты, напоминающие хвосты громадных крыс. Они могут выполнять обряды как одетыми, так и обнаженными, в зависимости от ритуала.

– Каковы же, по мнению почитателей этого культа, отношения между крысами и людьми? – поинтересовалась Афрейт.

– В прежние времена, когда крысы еще строили свои города на поверхности, они завоевали и поработили расу гигантов. Нас, госпожа, людей. Однако те сопротивлялись и поднимали многочисленные мятежи и восстания, с большой жестокостью крысами подавлявшиеся. Потом крысы, чья культура становилась все более совершенной и утонченной, перенесли свои города под землю, чтобы там без помех продолжать развивать свою цивилизацию. Но тайную власть над слугами-рабами они сохранили и по сей день. – Голос девочки стал задумчивым. Пальцы ее левой руки машинально скользили взад и вперед по краю белой морской раковины, вставленной в дерево для сбора пота, стекающего с парящихся. Подле раковины виднелась дыра, явно проточенная червем-бурильщиком. По ширине отверстие точно совпадало с пальцами девочки. Та продолжала: – Есть тайная магия, ведомая только дважды посвященным (мы с матерью таковыми не были), при помощи которой сами крысы и их союзники могут менять свой размер от крысиного до человеческого и обратно. Крысиные пророки и наиболее близкие союзники среди людей считаются у них святыми. Совсем недавно были канонизированы святой Хисвин Ланкмарский и его дочь, святая Хисвет. Нижний Ланкмар почитается крупнейшим городом крыс, хотя в Верхнем Ланкмаре, в отличие от Илтхмара, культ крысы находится под запретом.