– Так паранормал видит желание, – пояснил Леандр. – По крайней мере, так вижу его я.

– Не только ты. Мне тоже отозвалось.

– Хм… – Леандр пожевал губами. – А за хамство прости. Не знал, что ты подвергалась пыткам.

– Ничего страшного. Ты просто переживаешь за сестру и возлюбленного.

Во взгляде Доходяги мелькнуло изумление, которое тут же сменилось досадой.

– Ясно, Рейнельда наболтала! – фыркнул он. – Она сама рвется в Версаль ради моей сестры Камиллы.

– Камилла – это Ля Тараск? – (Леандр буркнул «да».) – Они с Рейнельдой тоже… âmes jumelles[71], как вы с Сироткой?

– Они близки, но как сестры, toujours collées[72]. У тебя тоже друзья в Версале?

– Да, – кивнула я.

– Как их зовут?

– Зик Саенс, Надин Арнетт и Майкл Рен.

– Мы найдем их и переправим в безопасное место. – Леандр коснулся вырезанных строчек. – Сегодня, темная владычица, мы прошествуем сквозь недра земли и останемся живы.

– Будем надеяться.

Мой собеседник даже не улыбнулся:

– Да, будем надеяться.

Вскоре весь наш отряд был на ногах. Мы наскоро перекусили и с новыми силами тронулись в путь. Последний рывок – и мы у цели. Я раскусила капсулу со стимулятором.

Мы спустились на самый глубинный из изведанных участков каменоломен, где клубился густой воздух, а с потолка текло ручьями. Я семенила за Леандром, чувствуя, как в груди нарастает тупая боль и тревога.

Постепенно дорога пошла вверх. Мы карабкались по шатким металлическим лестницам. Наконец Леандр остановился и подсадил меня. Уцепившись за край разлома, я протиснулась в старинный склеп с ложным сводом и впервые за двое суток увидела свет. Леандр тем временем отворил проржавевшие кованые ворота.