Еще раз обговорив все детали, скитальцы закутались в спальные мешки. Знать про мою миссию им совсем не обязательно. Я устроилась рядом с Арктуром и еле слышно спросила:

– Готов?

– Снова спуститься в ад? Да. Пора. – Он лежал на боку, лицом ко мне. – А ты?

– Сложно сказать. – Я уставилась в потолок. – Боюсь, как бы мы не угодили в ловушку. Корнефорос запросто мог подстроить западню. Если кто-то из нас погибнет, еще вопрос, брать ли мне вину на себя.

– На сей раз информация строится на фактах, а не на досужих сплетнях. – Не дождавшись моего ответа, рефаит зашел с другой стороны. – Ты ведь привыкла действовать, иногда вслепую. Да, я неоднократно упрекал тебя в импульсивности, но до сих пор она играла тебе на руку.

– Полагаю, рефаиты просчитывают все риски и варианты, прежде чем броситься в омут с головой.

– Нам, бессмертным, торопиться некуда. Вот и размышляем до бесконечности, – саркастически заметил Арктур и был вознагражден улыбкой. – Сумеешь выполнить задание «Домино»?

Вопрос повис в воздухе. В памяти всплыла сцена: Джексон сидит в кабинете и, покуривая сигару, сыплет афоризмами.

Упущенная возможность – верная погибель для вора. Сострадание на хлеб не намажешь. Он устремил взгляд в окно. Мораль, лапушка, – удел везунчиков.

Сам того не подозревая, Джексон развязал мне руки. Задание от «Домино» – возможность, которую нельзя упустить.

– Мне доводилось убивать, – откликнулась я. – Причем не единожды.

– Ты убивала в целях самозащиты, – возразил Арктур. – А это казнь. И приговоренный тебе хорошо знаком.

– Я никогда не знала Джексона по-настоящему.

На меня вдруг нахлынули воспоминания. Разрозненные фрагменты прошлого, не омраченного горькой истиной. Раскатистый смех Джексона. Искра, которую я так старалась разжечь в его глазах. Наша первая встреча, когда он раскрыл мое предназначение, научив меня не бояться собственного потенциала, а, наоборот, гордиться им.

Он помог мне обрести гармонию, избавил от страха самой себя.

Впрочем, плохого тоже хватало. Стоило мне взбрыкнуть, Джексон не скупился на угрозы. Шпынял меня, принижал. Его предательство после битвы за власть. Разоблачение, когда он признался, чтó натворил. Джекс – отъявленный лгун, который печется только о себе. Аферист, способный на самое чудовищное преступление и не гнушающийся ничем.

– Мне нельзя провалить задание. Иначе потеряю расположение Дюко. – Я подсунула руку под голову. – Джексона непременно разыщу.