– Что он несет? – зашептали у меня за спиной.

– По-моему, он рехнулся.

Судя по гримасе, Дюко придерживалась того же мнения, но тем не менее ловила каждое слово.

– На своем веку мне довелось испытать немало бед, но я и вообразить не мог, что в семье – нашей семье! – случится раскол. Несколько долгих недель мне пришлось провести в плену Сайена. – (Ропот сменился возгласами.) – Потому что меня предали! Предали те, кто поклялся защищать нас от Якоря. А вместо этого возложил нас на алтарь.

Вье-Орфеля сумел завоевать внимание публики. И очень кстати – к зданию уже спешила компания лабиринтов, включая два хорошо знакомых.

– Помогите мне осуществить правосудие, выступите присяжными на процессе. – Сиротка повернулся к дверям и воздел руку в перчатке. – Заводите.

Двое ясновидцев вновь распахнули ржавые створки. Дюко шумно вдохнула и наклонилась к моему уху:

– Будет бойня?

Я покосилась в сторону дверей:

– Нет, если они согласятся с обвинениями.

В звенящей тишине раздались шаги. Лучи фонариков метнулись к порогу, который как раз переступил Латронпуш.

Поверх перехваченного лентой парика – шляпа с пряжкой, подбитый мехом плащ волочится по полу. Следом семенила Королева Нищих, облаченная в сюртучного кроя костюм взамен затрапезного платья. Восемь вооруженных ясновидцев сопровождали великих герцогов.

При виде сборища оба застыли как вкопанные. Кто-то из телохранителей потянулся за оружием, но Королева Нищих жестом пресекла их порыв.

– Возлюбленные собратья по хаосу! – сердечно приветствовал их Сиротка. – Милости просим.

– Какого… – Латронпуш вытаращил глаза и судорожно разевал рот, как выброшенная на берег рыба. Впрочем, он быстро опомнился и навесил на физиономию фальшивую улыбку. – Дорогой брат! Счастлив видеть тебя в добром здравии.

– Воистину, – вторила Королева Нищих, потрясенная не меньше коллеги. – Счастья полные штаны. – Ее бриллианты сверкали даже во тьме. – Мы… мы так за тебя волновались.

– Безусловно, – кивнул Вье-Орфеля. Двери со скрипом затворились, лязгнул засов. – Спасибо, что удостоили нас визитом. – Пауза. – Или вы ожидали встретить здесь кого-то другого?

Королева Нищих промолчала, рука скользнула в карман сюртука.

– Все вы слышали о Человеке в железной маске, призраке из трущоб, – обратился к аудитории Вье-Орфеля. – По его вине многие из вас лишились родных, близких. Не стану скрывать, Латронпуш заключил с этим монстром сделку. Вместе со мной ее жертвами пали еще восемь ясновидцев. Осиротели жена и ребенок Поля Карона, чьи песни несли радость в самые мрачные уголки Парижа. Поль провинился тем, что сочинил балладу, высмеивающую Латронпуша. Сильви Ламбрике, самая талантливая карманница в Гренеле, посмела не платить великим герцогам налог с продажи добычи. Симон Клети дерзнул попросить у Латронпуша денег, чтобы спасти семью от голода. – (Толпа загудела, как растревоженный улей.) – Он жестоко поплатился за навязчивость. Их всех предали, продали, отдали на растерзание Сайену, а Латронпуш выручил кругленькую сумму.