Наши глаза встретились. Изворотливый мерзавец прав.

Эфир запульсировал. Впервые за долгое время уголки моего рта растянулись в улыбке.

– Ошибаешься, у меня есть свидетель. Свидетель, чьи слова не вызовут сомнений ни у суда ясновидцев, ни у коллегии присяжных. Свидетель, который знает тебя как облупленного. – Пока Латронпуш терялся в догадках, я сделала знак ясновидцам у входа. – Отоприте двери.

Те безропотно повиновались. Спустя полминуты на пороге возникла фигура во фраке и пышном парике.

В нашу последнюю встречу он лупил кулаками по мостовой в зареве догорающего аукциона. Джексон всегда считал его непроходимым тупицей. Пускай он отвратительный сборщик и совершенно невыносимый поэт, но сейчас мне хотелось задушить его в объятиях.

– Во имя любви Нострадамуса и трепета перед Аидом, – обреченно забормотал Латронпуш. – Умоляю, только не это…

– Мистер Вэй, добро пожаловать в Париж, – через весь зал обратилась я к гостю. – Спасибо, что откликнулись на мой зов.

– Всегда пожалуйста, темная владычица. – Дидьен раскраснелся и пыхтел, как будто бежал до самого Парижа. – Готов ответить на любой вопрос, оказать любую услугу, – тараторил он по-французски. – Повелевайте вашему покорному и преданному слуге.

Иви проскользнула следом и чуть кивнула.

– Благодарю, – улыбнулась я Дидьену. – Для начала окажите любезность, представьтесь.

– Друзья, меня зовут Дидьен Вэй. – Гость окончательно освоился и теперь чувствовал себя в своей стихии. – Сборщик, владелец аукционного дома, хранитель редких фантомов, прославленный автор множества шедевров, включая «Внесите нюхательные со…».

– Спасибо, мистер Вэй, – вклинилась я, пока он не перечислил все сто сорок семь опубликованных опусов. – Собственно, у меня к вам два вопроса. Кто этот человек? – Мой палец ткнул в сторону Латронпуша.

– Его имя – Панталеон Вэй. – Дидьен чуть слюной не захлебнулся от радости, смакуя каждый слог. Разоблаченный Латронпуш разом постарел на двадцать лет. – Так нарекла его наша покойная матушка. Видите ли, темная владычица, заявленный человек – мой брат.

– Единоутробный, – буркнул Латронпуш.

– Еще раз спасибо, мистер Вэй. А теперь взгляните сюда. – Я забрала у Вье-Орфели талмуд. – Вы узнаете руку своего брата?

Дидьен поднялся на платформу и принял у меня гроссбух. Повисла гробовая тишина, все затаили дыхание.

– Безусловно. – Дидьен захлопнул конторскую книгу и лукаво покосился на родственника. – Панталеон опубликовал кое-какие опусы в Лондоне. Я взял на себя смелость захватить с собой отвергнутые редакцией рукописи, начертанные им самолично. Если сомневаетесь, можете сами сравнить почерк.