Джоанна задержалась в крытом переходе между хранилищем для льда и старой оранжереей. Эта часть здания была новой – построенной уже после того, как бомбы разрушили остальные помещения. Во всю стену красовались росписи с изображениями пикников в саду, которые проводились в Викторианскую эпоху.

Больше всего Джоанне нравился рисунок, где разряженные аристократы гуляли по изысканному парку в регулярном стиле. Живые бордюры по щиколотку высотой образовывали замысловатые зеленые арки. Женщины в пышных платьях отдыхали возле фонтана, который являлся центральным элементом сада. Художник, делавший роспись, вряд ли знал, как выглядело поместье, но сумел запечатлеть загадочную атмосферу старых парков.

Джоанна подошла ближе, отстраненно подумав, что могла бы продолжить шагать, пока не окажется в том месте, которое изображено на росписи, но вовремя спохватилась и с глубоким вздохом почти автоматически постаралась сосредоточиться на деталях нынешнего момента – как учил Аарон. Еще чуть-чуть, и она бы поддалась притяжению иной эпохи. Запахи мокрых камней. Снаружи колоннады доносился перестук капель дождя. И шум шагов.

Снова накрыло ощущение дежавю. Джоанна резко обернулась на звук, уже понимая, что увидит не Ника, чью походку знала лучше своей. Однако сердце все равно сжалось от разочарования при взгляде на строго одетого мужчину примерно лет двадцати. Войдя в колоннаду, он закрыл и встряхнул зонт, после чего приблизился по переходу к росписи и остановился рядом с Джоанной.

Бледное лицо с азиатскими чертами показалось ей знакомым. Но она поняла, кто перед ней, только тогда, когда мужчина принялся рассматривать изображение с тем пристальным вниманием, которое выдавало в нем художника. Тогда-то Джоанна и вспомнила.

Джейми Лю с записи из тюрьмы казался изможденной тенью, но в измененной хронологической линии он выглядел абсолютно здоровым и хорошо сложенным. Стильная салонная стрижка, более теплая, чем требовалась, одежда – перчатки и темно-синее пальто – все говорило о достатке.

«Я встречала тебя раньше», – хотелось выпалить Джоанне. Вот только в этом времени она его не встречала. Как и Ника, и Аарона. Иногда груз воспоминаний, принадлежащих ей одной, давил особенно сильно, заставляя чувствовать себя безумной. Образы лежащих повсюду трупов стояли перед глазами, хотя этого никогда не было. Сердце иногда ныло от тоски по погибшим родным – вот только сейчас они живы.

– Мне нравятся эти росписи, – с легким смущением прокомментировала Джоанна, чтобы завязать разговор и услышать голос Джейми Лю. Она знала, как он будет звучать, но желала получить подтверждение, что ее воспоминания реальны. – Создается ощущение, что можно сделать шаг и очутиться среди тех людей на пикнике.