Уязвленное самолюбие Дерриена раскололо мой дом надвое. Из-за него мне пришлось убивать своих братьев и сестер. И ради чего он все это делал? Ради титула, который, по его мнению, он заслужил.

– Тебе не понять. – Дерриен восстановил равновесие и бросился в атаку.

Тени окутали мои ноги, и я отпрыгнул в сторону.

– Да, не понять.

Атаки Окнолога сыграли нам на руку. Да, мы потеряли много солдат из-за его пламени, но Варек потерял гораздо больше. Точнее, Язмин, ведь теперь его армией командовала она. С помощью зверей Лины, которые пришли нам на выручку, мы начали теснить вильхеймских солдат к замку. А затем во вражеских рядах началась паника, когда с тыла на них напали Лола, Калем и гибкий зверь ртутного цвета, которого я никогда прежде не видел. Я также чувствовал постоянное присутствие Коста сквозь тени. Простое осознание того, что мои братья живы и сражаются, придавало мне сил.

Бросившись к Дерриену, я нацелил меч ему прямо в сердце. Он заблокировал удар, но сила моей атаки отбросила его на спину. Коса отлетела в сторону, и Дерриен попытался дотянуться до нее.

Я остановил его, наступив ему на грудь.

– Все кончено, Дерриен.

В янтарных глазах мелькнул страх. Я поднял меч, намереваясь вонзить его Дерриену в сердце, когда с небес раздался отчаянный крик, после которого все звуки в мире исчезли. Я тут же посмотрел вверх и увидел падающую фигуру, окутанную вишневым светом. За ней летело черное пятно – несомненно, это Оникс. И прямо на хвосте у него висел Окнолог.

Дерриен тут же воспользовался моим секундным замешательством. Он выбил землю у меня из-под ног, и я упал на живот. Но мне все равно. Я не могу сосредоточиться на драке, потому что Лина падает на землю, словно комета.

Дерриен вонзил кинжал мне в плечо и пригвоздил меня к земле, снова овладевая моим вниманием. Я кричал, извиваясь под его весом на моей спине. Я кричал вовсе не из-за пронзительной боли в плече, а потому, что я не могу ее видеть. Не могу добраться до нее. Я даже не знаю, жива ли она еще. И даже если после падения она каким-то чудом выжила, то Окнолог наверняка прикончит ее прежде, чем я смогу вырваться из лап Дерриена.

– Она всегда была твоей слабостью. – Он ухмыльнулся и повернул кинжал.

Мышцы обожгло болью. Я потерял так много крови за время битвы, что оставаться в сознании становилось все труднее и труднее. Перед глазами заплясали темные пятна. И хотя прямо под моей ладонью собралась лужица крови, я не мог заставить ее принять форму клинка. Я также не мог дать своему телу возможность исцелиться. У меня не было на это времени.