Чушь. И пальцы вовсе не холодные.

Синохара вспомнил старые игрушки «Фёрби». Мохнатых питомцев, похожих на птичек, которые были у него в шесть лет. В Японии популярны старые вещицы. Острова, несмотря на все их увлечение будущим — это страна любителей старины. Особенно сейчас, в Эру опадения сакуры, сменившую предыдущую Эру гармонии и благоденствия — Рейва[2].

В детстве он считал этих птичек живыми. У них было пять вариантов настроения. У Аннабель их было около двадцати. А у живых людей иногда и того меньше. Два или три.

Но зато у гиноида их можно менять по его желанию.

«Жаль, что у живых женщин нельзя», — подумал Гарольд и улыбнулся, — «уменьшать громкость голоса, повышать или снижать влечение».

Жалко, что со всеми людьми нельзя так.

Она была у него третьим роботом. Первого он купил, когда был подростком. Когда начал жить. Это тоже был гиноид, но не «Матильда», а предыдущая более универсальная «Хлоя». Которая очень многое не могла из того, что умела эта. У той первой даже анатомия была куда менее детализированная. Если «Матильды», как и другие новые гуманоидные роботы, превращала «съеденную» пищу и выпитую воду в безобидную кашицу или белые гранулы, то «Хлоя» не могла есть и пить. Еще она не могла полноценно купаться и боялась грязи. Нестираемые пометки об этих запретах были нанесены на ее тело — на левом боку, там, где у человека ребра, а у роботов их имитация под кожей.

И с той первой он никогда не спал. У них был только эмоциональный контакт, но очень сильный. Она была его другом, ведь ее личность была сконструирована им очень тщательно, он потратил на это тысячу часов, на основе выборки из многих тысяч образов. Ручной выборки.

Они были очень близкими… людьми, и иногда он даже забывал, что все это — имитация. В каком-то смысле он находился у нее в статусе друга, и в этом была своеобразная прелесть, ведь он мог в любой момент приказать ей что угодно, но Гарольд этого не делал. А потом она сломалась. Гарантийный ремонт ничего не дал. Брак всей партии в сто тысяч штук. Заменили бесплатно.

Со следующей, которой он написал личность попроще, Синохара уже реализовал все свои фантазии… довольно, впрочем, типовые и скромные… особенно по меркам этого десятилетия и его нации.

Но современная женщина, думал тогда он, могла бы даже такие мечты не воплотить, а если воплотить, то это обошлось бы куда дороже. По крайней мере роботы не могут забеременеть, не могут потребовать алименты, не наймут адвоката и не будут шантажировать, чтоб обобрать до нитки.