Зевс погладил бороду, словно раздумывая о бесчисленных возможностях будущего. Посейдон подавил зевок, явно раздумывая, когда это собрание закончится, чтобы можно было поскорее вернуться к рыбалке.

– Я доволен, – объявил Зевс.

Боги хором вздохнули. Сколько бы мы ни притворялись, что мы решаем все на совете двенадцати богов, на самом деле у нас была тирания. Зевс был не столько великодушным отцом, сколько суровым правителем, который владел самым мощным оружием и мог лишить нас бессмертия, если мы его оскорбим.

И почему-то, услышав, что Зевс оставляет меня в покое, облегчения я не испытал. Я едва удержался, чтобы не закатить глаза.

– Супер, – сказал я.

– Да, – согласился Зевс. Он неловко прокашлялся. – Добро пожаловать обратно в мир богов, сын мой. Все случилось согласно моему замыслу. Ты великолепно проявил себя. Ты прощен и можешь снова занять свой трон!

Раздались жидкие вежливые аплодисменты других богов.

Артемида была единственной, чья радость казалась искренней. Она даже мне подмигнула. Ого. Сегодня и правда день чудес.

– Чем займешься первым делом? – спросил Гермес. – Уничтожишь парочку смертных? Или, может, спустишься на солнечной колеснице поближе к земле и поджаришь там все?

– Ой, а можно мне с тобой? – попросил Арес.

Я сдержанно пожал плечами:

– Наверное, просто навещу старых друзей.

– Девять муз, – с легкой завистью проговорил Дионис и кивнул. – Отличный выбор.

Но не об этих друзьях я думал.

– Что ж. – Зевс обвел взглядом зал – на тот случай, если кто-то из нас хотел простереться у его ног. – Совет окончен. Все свободны.

Олимпийцы стали один за другим исчезать, возвращаясь к своим божественным проделкам. Артемида ободряюще кивнула мне и растворилась во вспышке серебряного света.

Остались только мы с Зевсом.

Отец кашлянул в кулак:

– Я знаю, ты считаешь свое наказание слишком строгим, Аполлон.

Я не ответил. Изо всех сил я старался выглядеть вежливо и бесстрастно.