Наемник бросил занятие и подошел, что-то недовольно бормоча под нос. Впервые радостно было его видеть. Обросший щетиной и бронзовый от загара Чинуш напоминал о доме и безмятежных днях, наполненных спокойствием и постоянством.

– Как ты меня нашел? – спросил Нико, глотнув теплой воды с колечками имбирного корня.

– Это стоило много времени и денег, – процедил наемник.

– Я не помню, чтобы ты плыл на корабле вместе со мной. Когда ты прибыл?

– Несколько тридней назад. Мы бы встретились в Еванде, не угоразди вас так вляпаться.

– Я очень рад тебя видеть, – признался Нико и сам удивился сказанному.

– Я поймал немного рыбы, – бросил Чинуш, поднимаясь. – Сейчас пожарю.

Нико показалось, что наемник избегает его взгляда.

Чинуш давно распотрошил и почистил улов. Чтобы он не заветрился, пришлось отгородить камнями небольшую лунку у берега и хранить тушки там. Теперь наемник достал их, порезал на куски, посолил и нанизал на остро заточенные веточки.

Наблюдая за тем, как Чинуш готовит еду, Нико совсем размяк. Он снова чувствовал себя господином. Сыном властия. Человеком, о котором заботятся.

Ужинали в молчании. После трапезы наемник завернул в тряпицу оставшиеся куски и потушил костер.

– Забирайтесь в укрытие, а я пока приберу тут.

Нико уселся на колкую подстилку в темном шалаше, где пахло жухлой травой и нос щекотал горький полынный аромат. Чинуш втащил внутрь сумку. Закрыл вход щитом из веток и сухостоя.

В тесноте укрытия пришлось лежать плечом к плечу. Нико был благодарен уже за возможность вытянуть ноги.

– Что ты видел, пока добирался сюда? – спросил он, глядя через щель в потолке на бледную звезду.

– Вам приспичило поговорить? – раздраженно отозвался Чинуш.

– Видел что-нибудь интересное?

– Нет.

– Ну вспомни.

– Портовую вонь помню. Продажных девок на каждом углу. Прохиндеев. Пьяниц. Разные рынки. Интересно?