— Будет вам, господа, — произнесла я, понимая, что герцог сейчас ответит, и Элькос тоже не смолчит. Спор на пустом месте был лишним. — В нашей милой компании дураков нет вовсе, как нет смысла в этой пикировке, потому что каждый останется при своем мнении. Подведем итог: Танияр мудрый, я красивая, магистр искренний, а Нибо предприимчивый.

— И умный, — подняв вверх указательный палец, важно добавил Ришем. — И красивый.

— Безусловно, — не менее важно кивнула я.

— Но хотя бы искренним остался только я, — усмехнулся Элькос. — В этом у меня соперников нет. — На том спор и закончился.

Впрочем, время от времени его светлость доставал свои шпильки. Чем дольше длилось наше совместное путешествие, тем реже это случалось, да и с некоторых пор доставались они только магистру. Однако начало пути от Каменной пустоши до Тибада и вправду несколько не задалось.

Герцог, с которым мы так мило делили дорогу до встречи с магистром, вдруг переменился, будто бы теперь с нами ехал совсем иной человек. Вроде бы и не проявлял враждебности в отношении моего супруга, однако не упускал возможности где-то фыркнуть, где-то поддеть или сыронизировать, ни к кому не обращаясь. Чаще подобное случалось, когда я засматривалась на супруга, восхищалась им или была с ним нежна, как и он со мной. Ревность или нет, но герцогу в такие минуты сдержаться не удавалось.

Танияр не обращал на ужимки Ришема внимания. Это не было прямым оскорблением или угрозой нашему достоинству, и потому дайн попросту не замечал ехидства. Разве что на особо ядовитый выпад герцога мог обнять меня рукой за плечи, так показав свои права. И как бы змей не извивался, но шипение — было единственным, что ему оставалось. Так что один-единственный жест Танияра был посильней, чем словесный выпад или нечто более грубое, вроде пощечины.

И все-таки терпеть выпады его светлости мне надоело уже в окончании первой из трех недель. Отравить мою радость от обретения мужа герцог не мог, однако раздражать начал неимоверно. И на одной из ночевок, я пригласила его прогуляться.

— Неужто вам вот так вот запросто будет позволено удалиться с посторонним мужчиной? — уже привычно съязвил Нибо.

— Вы собираетесь обидеть мою жену? — услышав его, спросил Танияр.

— Нет, разумеется, — возмутился Ришем. Дайн пожал плечами и улыбнулся мне:

— Ступай, свет моей души.

Улыбнувшись ему в ответ, я взяла Нибо под руку и указала приглашающим жестом на дверь из нашей с Танияром комнаты, снятой на ночь:

— Прошу, ваша светлость.

— Покоряюсь, — с ноткой иронии ответил герцог. — Раз уж супруг не возражает, кто я, чтобы отказывать его жене.