Толпа расступилась, армейцы ударили плазмой, от взрыва осыпались гигантские глыбы с потолка пещеры, но упали камни уже на багрового монстра. Воздух вновь насытился кислородом. Жидкий камень плеснул в стороны, горожане прыгнули в развалины, а военные шустро перестроились, окружив врага и сомкнув энергощиты. Ноги бойцов вросли в камень, а щиты поползли наверх, образуя купол над багровым. Повторный взрыв кислорода потушил Гранидара, огромные куски стен раскидало на несколько метров вокруг Дворцовой площади, но армейцы устояли. Купол сомкнулся над вернувшим человеческий облик мудрецом. Снова появились жители Улавая, горожане несмело шли к дворцу правителя, многие раненные или покалеченные ударами Манияра.

Глядя на дангрисидов, большинство из которых он знал лично, Гранидар испытывал омерзение. Голые людишки, слабые и трусливые. Что-то заставило бывшего правителя оглянуться, он поискал глазами, и встретил суровый взгляд Манияра. Новый правитель Улавая стоял наверху лестницы у изъеденного плазмой входа во дворец. Кислород наполнил пещеру, но за энергощиты газ не проникал. От кислородного голодания кружилась голова, мудрец изменил структуру своей материи, одурь отступила. Стальное тело раздалось в ширь и в вверх, раздвигая щиты врага. Армейцы отступили и хлестнули разрядами. Руки и ноги титана на секунду застыли, а потом с неимоверной силой обрушились на воинов. Бойцы разлетелись по округе. Гигант ринулся к Манияру, дробя стальными ногами камень дворцовой лестницы.

Устоявший на ногах Емельян прыгнул к Гранидару. Объятый плазмой меч опустился на великана. Едва заметное движение сбило стремительный полет клинка. Плазменная кромка прошла в десяти сантиметрах от плеча противника, но стальной титан споткнулся и упал на колено. Емельян, открыв рот уставился на Манияра. Ученый секунду назад стоявший наверху лестницы, теперь находился позади преображенного Гранидара. От силуэта молодого правителя исходил яркий, голубой свет, казалось он сам стал плазмой. Железный монстр рухнул на спину и съехал по ступеням на площадь, он попытался подняться, но единственная оставшаяся рука плохо слушалась.

Горожане и воины обступили южного мудреца, он вспыхнул багровым. Манияр растолкал зевак, ухватил разгорающееся чудовище за вывернутые ребра и потащил на середину площади. Емельян неотступно следовал за новым правителем, потому совершенно отчетливо разглядел, вырванную правую руку, и торчащие ребра в той части грудной клетки где прошла рука Манияра.

— Ты, что его прошел насквозь?! — удивился командующий.