Шелк выпрямился.
— Уже было? Замечательно!
— Маленькое, а? Всего несколько сотен человек. И недолгое. Но авгур… видишь связь? Этот авгур, член нашего… э… Капитула, пересек линии. С одной стороны на другую, а? Заставил их прекратить стрелять, насколько смог. Сын полковника, раненый. Почти мертвый. Этот… э… святой авгур принес ему Прощение. Чем дальше, тем лучше, а? Бунтовщики… э… склонны к продлению. Обе стороны, ик, убирают тела. Претендуют на своих мертвых, а? И делают. Так почему бы не продолжить дальше? Старый Квезаль мог бы это сделать. Уважаем обеими сторонами. Человек мира. Следишь за моей мыслью?
Шелк кивнул, скорее себе.
— Если твои… э… сторонники узнают, что меня послал бригадир, а? Что тогда? Будут стрелять, а? Возможно. Очень возможно. Так что мне потребуется некоторый, ик, документ от тебя, па… От… э… тебя. Подписанный, — и тут голос посетителя упал до шепота, — твоим… э… хм… твоим гражданским титулом.
— Ага, понимаю. Конечно.
— Великолепно! — Он вынул из пенала пачку листов бумаги. — Эта, гм, изящная кожа не… э… способствует каллиграфии. Но бумага должна помочь, а? Я подержу бутылочку с чернилами. Коротко… э… немногословно. Сжато. Э… податель сего, а? Уважайте его… э… хм…
— Нет стрелять, — предложил Орев.
Посетитель протянул Шелку перо:
— Кончик тебе подходит? Не слишком острый, а? Мой протонотарий, па… Наковальня. Ты его знаешь?
— Видел однажды, когда пытался повстречаться с вами.
— А? Хм.
Поддерживая пенал обоими коленями, Шелк окунул перо в чернила.
— Он… э… Наковальня. Он указал бы им на меня. Приказал ему уехать… э… в молпадень. Слишком острый, однако. Слишком острый ум. Должен был избавиться от Наковальни… э… на время. Может быть, уже мертв. Среди… ик… богов, а? Несколько дней не показывается на глаза. Дал ему… хм… поручение. Никогда не вернется. Все эти беспорядки.
Шелк, не слушая его, наклонился над бумагой.