— Когда я смогу навестить его?

— Он еще некоторое время будет в операционной, а дальше тебе придется подождать, пока он проспится от лекарств. Это займет от двух до четырех часов.

Такой ответ, кажется, удовлетворил ее. Бернардо сказал:

— Выключи громкую связь, Анита.

— Вы будете обсуждать взрослые вещи? — Спросила Бекка.

— Вероятно. — Сказала я, и вдруг услышала голос Бернардо у себя в ухе. — Что такое, Бернардо? — Спросила я.

— Питер восстанавливается быстрее, чем обычные люди. Врачи увидели на нем шрамы от нападения вертигра — вот почему они спрашивают о вакцине.

— Ладно. — Сказала я. — И?

— Очевидно, что те, кого привили от ликантропии после нападения, обладают более высокой способностью к регенерации. На эту тему была статья в медицинском журнале.

— Любопытно. — Сказала я.

Бекка наблюдала за мной с подозрением, пытаясь понять, о чем мы разговариваем.

— Кровеносная система продолжает работать так, как это происходит у людей, но восстанавливаются они гораздо быстрее, и некоторые также получают в довесок нечеловеческие рефлексы.

— Но Питер не был привит от ликантропии. — Заметила я.

— Полагаю, именно поэтому врач и продолжает задавать вопросы.

Я задумалась.

— Вакцина — это же просто альтернативный вид ликантропии, так? Смысл в том, что они вроде как нейтрализуют друг друга.

— Да, и это, судя по всему, работает. Но если речь идет о превентивной вакцинации, то вероятность успеха где-то восемьдесят процентов, так что это не совсем ликантропия.

— Ого, восемьдесят процентов. Это хороший показатель. — Заметила я.

— Но Питера это не касается. — Сказал Бернардо.

— Нет, но… — Я посмотрела на Бекку. — Ты можешь пойти в ванную и закрыть за собой дверь? На минутку. Пожалуйста?