— Ты же понимаешь, я вовсе не хотела таких осложнений, — проговорила она.

— Да ничего я не понимаю. И какое это имеет значение? Может, двинемся наконец, а?

— Конечно. — Воронова женщина перевела взгляд на тетю Люси. — Благодарю за гостеприимство.

Та лишь сухо кивнула, видимо, все еще злясь на гостью.

— Ну, идем, — бросила Консуэла Томасу и зашагала обратно в пустыню. Ситала слетела с дымохода и устроилась у нее на плече.

Гордо, вывесив язык, потерся о ноги тети Люси, и подошел к Томасу. Парень, пожав плечами, улыбнулся своей старой — или молодой? — двоюродной бабушке, и они оба, пес из мира духов и человек, бок о бок последовали за вороновой женщиной.

— Что, на этот раз никаких волшебных порталов? — осведомился парень, нагнав Консуэлу. — И Гордо не превратится в джип или что-нибудь в этом роде?

— Нам недалеко, — раздраженно процедила женщина, не глядя на Томаса.

«Можно подумать, я во всем этом виноват», — подумал парень. Но на этот раз он последовал совету Морагу и воли языку не дал.

15. Лия

15. Лия

Теперь Мариса выглядела куда лучше. Решив не отправлять Лию в мотель за сменой одежды, она купила себе футболку, спустившись в сувенирную лавку при больнице, а потом вымылась в уборной и вытерлась бумажными полотенцами. Выбросив окровавленную вещь в мусорную корзину, она вернулась наверх, в отделение реанимации, где в приемной сидела Лия. Они переглянулись: невысказанный вопрос — беззвучный ответ. Новостей пока не было.

Мариса уселась рядом с подругой на диван. На джинсах у нее по-прежнему темнели пятна засохшей крови, но теперь она хотя бы не походила на жертву из ужастика про маньяка.

Диван оказался не особенно удобным, но всяко получше стульев, стоявших здесь же. Спинка мягкостью не отличалась, сиденье прогнулось совершенно немыслимым образом, однако на подобный дискомфорт подруги внимания не обращали. Они не отрываясь глядели на дверь в надежде, что кто-то появится с новостями о состоянии Эгги. Однако время шло, а никто так и не приходил.

По прибытии в больницу Мариса сказала дежурной сестре, что они внучки Эгги. У той подобная информация вызвала резонные подозрения, однако один из врачей бригады скорой помощи заверил ее, что за женщин замолвил словечко помощник шерифа Пять Ястребов. И им позволили остаться. Окончательно же проблема уладилась, когда Мариса сообщила данные своей кредитки для занесения в историю болезни на тот случай, если Эгги или ее родственники не смогут оплатить больничный счет.

Ожидание было тяжким. Этим утром Лия впервые увидела Эгги Белую Лошадь, но ощущая странную, совершенно необъяснимую связь с ней, никак не могла оправиться от потрясения.