— Мне пора, — произнесла Сэди.
— Дай нам знать, как найдешь, где зависнуть, — отозвалась сестра. — У меня новый ящик, Реджи его не успел взломать. Имя то же, только на
Сэди кивнула.
Но какая-то хрень внутри знала: никаких обменов письмами не произойдет. В следующий раз Эйлисса и малышня услышат о ней только из новостей. Малолетняя преступница за решеткой. Или: обнаружено обезображенное тело, истерзанное птицами.
Внутри у нее все сжалось, и то ли стянулась кожа, то ли, наоборот, раздулось туловище. Ей срочно нужно кое-что — что бы там ни выходило из-под вспарывающего кожу ножика вместе с сочащейся кровью — выпустить из себя. Нужно избавиться от этой дряни немедленно.
— Поосторожнее там, — проговорила Сэди. — И не дайте Реджи… — «Превратить вас в такую же, как я», — подумала она, однако вслух этого не произнесла. Она прекрасно знала все истории приемышей, слышала, через что они прошли, что потеряли, в чем их напряги с системой. Они сильнее ее, даже маленькие Райли и Габриэла. Они не станут терпеть дерьмо Реджи столько, сколько сносила она. Черт, да Эйлисса, прежде чем оказаться в их семье, пырнула кухонным ножом какого-то гребаного извращенца!
Из них четверых Сэди самая слабая, как ни горько ей это признать.
— Вот, возьми, — Эйлисса протянула ей бутылку с водой.
— Спасибо.
Сэди подумала, что сейчас они обнимутся. И испугалась, не понимая, хочет она этого или попросту взорвется после подобного проявления чувств.
— Увидимся! — бросила она и почти бегом, чтобы никто из приемышей не успел подойти к ней, двинулась прочь. Послышался уже привычный звук хлопающих крыльев — вороны вспорхнули с карнегии и полетели за ней, но Сэди, не удостоив их и взглядом, только крепче сжала ножик в кармане. Да пошли они на хрен. Все пошли на хрен!
Дело в том, что ей кое-что нужно сделать, прежде чем ее разорвет на сотню маленьких Сэди и разнесет по ветру.
Впрочем, возможно, это не так уж плохо.
По крайней мере, она больше ничего не будет чувствовать.
7. Мариса
7. Мариса
Мариса вбежала в палату Эгги вслед за Лией и замерла. Только что ее подруга была здесь — вскочила на кровать Эгги, схватила художницу за ноги, пытаясь остановить вращение, — а секундой позже исчезла без следа. От тела художницы оторвались трубки жизнеобеспечения и провода. Немедленно вразнобой запищали несколько сигналов тревоги.
Что происходит? В груди Марисы словно разверзлась дыра, а желудок провалился куда-то вниз. Чувства ее внезапно обострились: в нос ударил резкий запах химикалий, голые стены обрели неожиданную фактурность, как и ряды диагностической аппаратуры. Потом все это завертелось вокруг нее, устремляясь в зияющую внутри пустоту… Она закричала и рванулась вперед…