— Я вовсе не говорю, что никогда не стану. Но за всю свою жизнь я видел только резервацию да Санто-дель-Вадо-Вьехо. Кругом целый мир, о котором я совершенно ничего не знаю.

— Понимаю, — кивнула девушка.

Еще бы она не понимала. Ведь они вдвоем так часто говорили об этом, растянувшись на плоских скалах позади дома и пытаясь представить, что же лежит за простором пустыни, простирающейся внизу. Томас всегда думал, что Сантана покинет резервацию одна, а он останется заботиться о семье. Пускай он и старший, а ей еще год учиться в школе. Братское чувство подсказывало ему, что сестра не должна упускать ни единой возможности, и если ради этого ему придется остаться — что ж, так тому и быть.

Но если Стив не обманывает, если он и вправду готов помочь, тогда почему бы им не отправиться в путешествие вдвоем.

— А ты когда-нибудь уезжала? — спросила Сантана у Тетушки.

— Нет, — покачала головой та. — Это Люси была странницей, моталась по нашему миру да по краям майнаво. А я как ваша мать. Меня никогда не тянуло в дорогу. Понимаете, все, что я когда-либо в жизни желала познать, находится здесь, в Расписных землях.

— Красные скалы, пыль да пустыня, — устало проговорил Томас.

— Именно, — кивнула Тетушка. — Но еще друзья, семья и община.

Ворона на перилах нахохлилась и издала звук сродни хриплому пыхтению.

— Думаю, Хорхе, эти встречаются во всех трех группах, — засмеялась старуха.

— Что он сказал? — поинтересовалась Сантана.

— Спрашивал, куда следует относить любовников.

Сантана склонила голову набок и внимательно посмотрела на Тетушку.

— Потому что… — она вдруг осеклась и скорчила гримаску. — Фу! С птицей?

— Он не был птицей, когда мы…

Девушка торопливо зажала уши руками:

— Излишние сведения!

Тетушка снова рассмеялась.

— Я же не всегда была такой старой. А Хорхе, когда он не в перьевом облачении, и до сих пор весьма привлекательный мужчина.

Ворона защелкала клювом и выпятила грудь.