— А ты во мне сомневалась? — усмехнулась подруга.

В её напряженном смехе эхом отразилось моё облегчение, и я поняла — чтобы там не произошло, в какой-то момент Шеонна сама утратила веру в свой успех.

— Ты молодец! — поддержал Йорн и накинул свой плащ на её дрожащие от холода плечи.

Шеонна благодарно кивнула и закуталась в грубую шерсть.

— Шакла, — ядовито сплюнула Грид и направилась прочь.

— Грид, ты не хочешь извиниться? — насмешливо бросила ей в след Бенгата.

Женщина не ответила и ускорила шаг.

— Это был безумный поступок, — обратилась старуха к Шеонне, — но благодаря ему теперь ни у кого не возникнет сомнений в правдивости твоих слов и чистоте помыслов. А теперь пойдем, нужно тебя обогреть.

От усталости Шеонна с трудом передвигала ноги. Казалось ей было непривычно вновь ступать по твердой земле, но пытающейся ухватить за лодыжку и опрокинуть в воду. Она опиралась на моё плечо, пыталась поддерживать беззаботный разговор с Бенгатой и улыбаться, но от меня не ускользнула непомерная боль, затаившаяся в её глазах.

— Что там произошло? — не выдержала я.

На удивление Шеонна не стала увиливать или отмалчиваться.

— Болота изучали меня, испытывали, говорили со мной, — нахмурившись, ответила она.

— Говорили? — удивилась я.

Подруга рассеянно кивнула:

— Да. Но не так, как говорим мы. Не словами… — она задумчиво прикусила губу. — Я скорее ощущала их слова в плеске воды, в шорохе ветра, в прикосновении рук — всё имело свой голос.

— И о чём этот голос говорил? — я затаила дыхание.

— Молчи, — вдруг вмешалась Бенгата. — Если бы Болота хотели, чтобы твоя подруга знала о сказанных ими словах, то шептали бы громче. А если её ушли оказались глухи к голосу топей, значит так оно и должно оставаться.

Шеонна бросила на меня виноватый взгляд.

— Прости.

Я понимающе кивнула, но в глубине души кольнула горькая обида.