— В ней.»

— Ты сильно испугалась? — обеспокоенно произнес Нил, обращаясь уже ко мне, а не к своей своевольной спутнице. Его лицо было так близко. До боли родное и любимое. Стоило подняться на мысочки, и я смогла бы поцеловать эти губы, коснуться кожи, почувствовать его вкус. — Она ни с кем не позволяет себе подобного. Да и я повел себя грубо в тронном зале. Мне правда жаль. — он аккуратно убрал за ушко мою выбившуюся из хвоста прядь волос и ласково улыбнулся. — Ты сможешь нас простить?

— Все в порядке, — улыбнулась в ответ, не предпринимая ни единой попыток отстраниться.

Все правила приличия были бесповоротно нарушены. Ему уже давно следовало отпустить меня из своих объятий, но его руки все еще лежали на моей талии, а мне стоило сделать от него шаг в сторону, или лучше сразу два, но я уверяла себя, что двигательная активность в данной ситуации вредна и бесполезна.

Наблюдавшие за нами околунные тоже совершенно нас не смущали, тем более, они деликатно не подавали никаких признаков жизни.

— Ты очень смелая, Эйрин. — тихо шепнул мне Нил. — И, признаюсь, единственная девушка, которая заинтересовала моего Пончика, — улыбка, а затем его лицо вмиг напряглось, — Но тебе лучше держаться от меня подальше. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

После этих слов он попытался вежливо меня освободить, когда я вдруг отчетливо услышала его голос в своем сознании:

«Твои слезы в тронном зале, они… — мужские руки отпустили мое тело и голос тут же исчез.

Не теряя ни секунды, я прикинулась будто споткнулась на ровном месте, и сама схватила его руку. Крепко сжала пальцы тритона, мысленно позвав:

— Нил? — но наткнулась на глухую стену. — Нил? Ты меня слышишь? Нил, пожалуйста, ответь.»

— С тобой все в порядке? — он вновь притянул меня к себе, бережно помог сесть на диван и опустился рядом.

— Да, прости, иногда я такая неловкая. Сама не пойму, как стала околунной. — ни одна попытка мысленно дотянуться до него не принесла нужного результата, поэтому пришлось вспомнить о рьяно попранных правилах приличиях и отпустить его руку. Единственное, что радовало, он тоже не спешил выпускать мою ладонь из своих пальцев.

— У нашей Эйрин удивительный голос, Нил, — Дэрек плюхнулся на диван рядом со мной. — Ты на многое взглянешь иначе, если послушаешь нашу малышку.

— Слишком много слов «наша», — неожиданно строго заметил тритон. — И обращение «малышка» к коллеге неуместно, Дэрек.

— Почему же? Лиам не против, — безобидно выдал Дилан, которого мне захотелось придушить в ту же минуту

— Эйрин наша подруга, — присоединился к беседе эльфийский наследник. — Мы все относимся к ней с большим теплом и уважением, — он говорил неспешно и будто не замечал того, как дева начала опасно подступать к нему.