– Пример убедительный, – согласился господин Лунь, – но сейчас ты не под мостом. Ты в моем замке. Госпожа Хелена, займитесь.

– У меня от букв голова болит и в глазах мелькание, – сообщила Жданка.

– Не буду я, – заупрямилась Фамка, – она или хихикать начнет, или книгу спрячет, или сама спрячется, потом три дня искать будем. Я уж знаю, пробовала.

Господин Лунь поднял левую бровь.

– Я занят, – быстро сказал Варка.

Господин Лунь покряхтел, поворчал, разворошил волосы.

– Сам буду учить, – сурово заключил он, – бездари. Никому ничего поручить нельзя.

Как ни странно, Жданка больше не спорила, бежала на урок с великой охотой, прилежно корпела над буквами и пуще всего опасалась разгневать крайна, который, однако, никогда на нее не орал, напротив, был тих, кроток и даже иногда улыбался.

Ланка вздохнула. Ей он так не улыбается. Да и другим тоже. Но других хоть учит.

Прошлой зимой все на кухне сидели, вокруг печки. Намерзлись, наголодались, думали только о том, как бы поесть и согреться. А нынче вся жизнь переместилась в библиотеку. Только и делают, что книжки читают. Совсем заучились.

Крайн неторопливо рассказывал, рассеянно глядя поверх голов застывших птенцов-подкидышей. В глаза все-таки старался не смотреть. Зачаровывать их до полной потери воли он не собирался. И без того слушали затаив дыхание. Рыжая даже рот разинула. Ох, глазищи у нее. Еще года три, и местным парням придется худо.

Как странно. После всего, что случилось с ним, он еще жив и даже получает от жизни некоторое удовольствие. Тепло, мягкий свет зимнего дня, милый сердцу запах книжной пыли и старой кожи. Покой, тишина, бестревожность.

Хрупкая тишина. Только мягкий снег отделяет Пригорье от кипящего котла бесконечной войны. А покой… В то, что их оставят в покое, он не верил.

Глава 2

Глава 2

– Светлый князь, клянусь вам, это не крайны.

Стас Гронский сидел, опустив плечи, глаз смиренно не поднимал, но говорил горячо и напористо. Князь Филипп слушал нехотя и даже, казалось, скучал.

– Знаете, Гронский, ваше желание отомстить и вернуть утраченное мне понятно. Но я рисковать не стану. Вы же сами утверждали, Рарог Лунь вернулся. Подпись на документах, которые я получил, безусловно подлинная.

– Да, но почему никто не видел, как они летают? Ни разу, хотя прошел почти год.

– Берегут крылья. Обычай, знаете ли, – донеслось из угла, где отсиживался осторожный Лютин, правая рука князя Сенежского во всем, что касалось дел сомнительных и опасных.