– Никаких разговоров, – кричит Абелин, когда замечает других магов. – Вы отвлекаете нас от работы!

– Они здесь, чтобы помочь, – говорю я.

Ее рот кривится, как будто она испытывает физическую боль.

Я закатываю глаза, затем даю Серуте и Эшперу еще щипцы, чтобы они могли держать ими броню. Требуется совсем немного времени, чтобы объяснить им, как выхватывать часть брони, помещать ее в печь на несколько секунд, а затем поднимать так, чтобы я могла колдовать.

После того как мы заканчиваем один комплект брони (Абелин не прекращала ворчать все это время), Эшпер спрашивает:

– Почему бы тебе не заколдовать все нагретые доспехи одновременно?

Я склоняю голову набок.

– Потому что я не могу. Я должна сосредоточиться на чем-то одном за раз.

Эшпер и Серута обмениваются взглядами, и художник спрашивает:

– Ты когда-нибудь пробовала колдовать более чем над одним куском металла за раз?

– …Нет, – отвечаю я. – Но достаточно сложно колдовать над одной вещью! Я не смогла бы сделать больше!

– Рискую показаться высокомерным, – говорит Эшпер, – но я делаю это постоянно. Когда заканчиваю рисовать порталы, то заколдовываю их все сразу, так как хочу, чтобы каждая картина делала одно и то же.

– Я тоже, – говорит Серута. – Если бы мне пришлось тратить время на заживление каждой раны по отдельности, вместо того чтобы делать это со всеми ранами сразу, это стоило бы жизни многим моим пациентам.

Я скрещиваю руки на груди и смотрю в пол:

– Я уже отмечала раньше, что то, что делаете вы двое, более впечатляюще, чем то, что делаю я.

– Чушь собачья, – говорит Абелин. – Ты только что сказала, что никогда не пыталась. Так что попробуй!

– И потерять время…

– Наоборот, ты теряешь время сейчас, раз мы могли пройти через все это быстрее! Подумай, девочка. Если ты справишься с этим, тогда мы сможем перейти к лошадиным доспехам!

– Прекрасно! – рычу я.