– И как часто они приходят к нему в покои?

– Только по необходимости, – неопределенно отвечает она, глядя через перила на толпу солдат, слоняющихся вокруг.

Я мнусь.

– А как вообще работает система кормильцев?

– Ужасно.

Я вздыхаю с раздражением.

– Коррин. Ну же… помоги мне. Как люди становятся кормильцами?

– Будучи смертными. – Ее губы неохотно поджимаются. – Первый Худэм каждого года именуется Днем Дарения. Молодые женщины и мужчины выстраиваются в ряды на городских площадях, и Нетленные предлагают за них цену. Это требование, чтобы каждый человек служил кормильцем по достижении определенного возраста. Конечно, самые желанные получают более высокую цену и землю в благородных домах, иногда даже здесь, в замке, если они благословлены. – Она насмехается над последним словом. – Менее привлекательные покупаются простолюдинами. Торговцами, фермерами и тому подобными. Всех забирают из семей. Они служат кормильцами, пока им не исполнится двадцать с небольшим, тогда они должны жениться и произвести потомство. Они могут оставаться кормильцами еще в течение нескольких лет или, если их владелец предпочитает замену, могут предложить себя в качестве раба иного рода. Если же нет, они продаются другому хранителю, который вправе их использовать.

Она говорит это как ни в чем не бывало, но я слышу горечь в ее голосе. Коррин может быть верна Цирилее и королю, но это не такую жизнь она желает для себе подобных.

– Если им повезет, попадется хранитель, который обеспечит уход за ними и их семьями.

– А если нет?

Ее губы кривятся в презрительной усмешке.

– Тогда они работают до изнеможения, а пока голодают, их хранители процветают.

Ну а потом, в какой-то момент они оказываются в трущобах – слабые, сломленные и все еще сражающиеся, но главное – свободные.