Неуверенно кивнула. Кидает меня, но, значит, так надо. Остаётся только посеменить за Алеком, взяв под руку Петю — до подземного перехода, на парковку с самыми обычными на первый взгляд машинами. Алеку принадлежал гелик, точно такой же, как тот, на котором гонял Петя. Видимо, родовые предпочтения Мининых.

Зазвонил телефон. Алек на ходу ответил, открыл мне дверь и жестом показал, чтобы забиралась в салон, хлопнул зазевавшегося Петю по плечу, поторапливая, и сам сел на водительское.

— Да, Олег. Да, едем. Рост? М-м… До ста семидесяти. Сто шестьдесят пять с копейками. Да. Худая, тут не переживай, наволочка — и та налезет. Обычный гребень не прокатит, ага.

Мы уже выехали с парковки. Я искоса наблюдала за Алеком — не трудно догадаться, кого он там описывал. Он тоже на меня посматривал — так и переглядывались.

— Кто это был? — что это за вопрос такой. Ощущение, будто лезу не в своё дело.

— Ректор. Гордись, лично всё готовит.

— Нечем гордиться, — скривилась. — Что за неприятное чувство? Неужели со мной будут носиться только из-за фамилии? Я её только день ношу…

— Не будут, не переживай. И мы же договорились — только ректор в курсе. Тем более у молодого поколения нет такого пиетета к великим родам, так — могут набиваться в друзья, чтобы собственный статус повысить. Всё как везде.

— Сироткой-бюджетницей как-то привычнее, — поёжилась. — Люди вокруг сразу такие настоящие. И точно никому ничего от тебя не надо.

— Как Вите? — спросил Алек.

— Как Вите, — улыбнулась.

Институт оказался таким же зданием, как и все за Завесой, только дверь входная побольше, и табличка: «Колдовской Институт Завесы». Коротко и ясно.

— Ты говорил, здесь какие-то полигоны? Они в здании?

Алек посмотрел на меня, как на дурочку. Впрочем, ничего нового.

— Они во дворе. Огромная территория — полигоны, оранжереи, спортивные поля, ещё есть что-то вроде живого уголка и даже озеро. Любимое место студентов, уверен, ты тоже будешь там постоянно ошиваться. Летом, стабильно, там кого-то топят. Не смотри на меня так — не насмерть.

С утопленничеством у меня свои отношения.

Мы вошли в здание, прошли через автоматический турникет, который странными лучами-лазерами оценил Алека. По коридорам сновали люди — молодые и не очень, но понять, кто это — студенты или преподаватели — было невозможно.

— В КолдИне есть форма, но в выходные и внеучебное время её носить не обязательно — только во время занятий, на кружках и отработках.

— Как в Горном? — вспомнила один из популярных институтов.

— Что-то вроде. Петрушка, у фсб-шников тоже форма, но её придётся носить всегда. Ну, кроме увольнительных.