Он не сводил глаз с экрана. Почему на корабле ни вмятинки? Падать должен, крениться! А он летит как ни в чем не бывало.

И тут до Мэттью дошло.

– Прекратить огонь! – вскакивая, выпалил он.

Не услышали. Драгоценный боезапас убывал на глазах. Мэттью выбежал вперед и замахал руками.

– Отставить! – кричал он. – Броню не пробить!

Прислушались далеко не сразу, но в итоге смоделированный грохот пулеметов стих.

Мэттью развернулся к экрану. Черную громаду было и не охватить взглядом, но она совершенно точно садилась за насыпью.

– Приказ? – оторвался от консоли Тодд Белчек.

– Тихо, я думаю.

Прошагав за свободный компьютер, он сжал, разжал кулаки, размял шею. Затем подключился к первому роверу в списке, заполз на горб насыпи и приблизил вид. Корабль весь угольный, ничего не разглядеть. Бронирован, но ведь есть же слабые места? Он все уплывал из кадра вниз, и приходилось опускать камеру.

В приближенном кадре появился лунный грунт, и вот огромный куб сплющил собой конвейерную ленту, как прутик. У Мэттью глаза на лоб полезли. Конвейер для отвальной породы, сам немаленький, на фоне корабля казался игрушечным. Черная, невероятная гора… Тут помещение наполнил утробный рокот, исходящий из потолка, стен, пола – отовсюду.

Матерь божья.

Подскочив к своей консоли, Мэттью еще увеличил изображение. Должно же хоть что-то найтись!

Ничего. Ничегошеньки. Одна бронеплита поверх другой… Стоп, вон же! В борту прорезалась щель, и вниз пополз откидной трап. Мэттью приблизил. По бокам от трапа виднелись как бы небольшие пулеметные турели. Он навел перекрестие и вжал спуск – к цели устремились трассерные черточки.

И в этот миг турель как крутанется дулом прямо в камеру. Всполох – и экран перегородила надпись «СИГНАЛ ПОТЕРЯН».

Твою мать.

Он повернулся к Тодду.

– Там трап…

– Не продолжай.

Тот сразу принялся раздавать приказы, а Мэттью новым боеспособным ровером вполз поверх насыпи. По обе руки присоединились еще с полдюжины.