Один из сыновей сзади захныкал, и жена потянулась его успокоить.
Транспортер катил мимо бесконечной вереницы закрытых дверей, как вдруг затормозил перед одной темно-зеленой защитной. Мона отвлеклась от поутихшего малыша.
– Зачем мы сюда приехали?
Коннор выпрыгнул из транспортера.
– Помнишь, я месяц назад работал допоздна?
– Еще бы. Сутками тебя не видела, мальчики…
– Я монтировал электрооборудование. Видимо, новую станцию открывают.
– Ну а…
– Вот здесь монтировал. Тут нас никто не найдет, честно. Двери вот какие, служебные. – Он выудил из ящика торцевой ключ и головку на тридцать пять миллиметров. – Отсидимся в целости и сохранности.
Вдали ухнуло. Мальчики опять ударились в слезы. Коннор надел ключ на запорный болт и дал десять полных оборотов – и еще один для верности. Затем, отложив ключ, провернул дверной штурвал – и запорные болты поддались. Коннор толкнул дверь. Вперед тянулся темный коридор, в котором автоматически вспыхнул свет.
Впустив жену с детьми в люльках, Коннор сбегал за сумками и опять провернул штурвал, на этот раз за собой. Затем вперед Моны зашагал по коридору в туннель класса «C»…
А там и обомлел. За месяц туннель стало не узнать. Приняв объект после маляров и светотехников, бригада Коннора проложила кабельные магистрали и токовые шины вдоль стен, возвела стеллажи для оборудования двадцать метров в высоту – и туннель все равно сдали огромным, пустым и гулким.
Но сейчас?
Километры стеллажей по правую руку были доверху заставлены… аккумуляторными блоками, что ли? Необычные они какие-то, увеличенные и без тяжелых пылевых экранов. И слева та же картина: от пола до потолка тянутся вдаль стеллажи аккумуляторов.
Что же за место такое?
И кому нужно столько батарей? Ампер-часов здесь… Коннор прикинул. Если емкость стандартная, что не факт, то одна тонна…
От нулей аж присвистнул. А ведь начальник бригады вроде обмолвился еще о дюжине таких туннелей…
Вдруг впереди что-то зашевелилось. Коннор толкнул Мону обратно в коридор.
И тут «что-то» обрело очертания.
Из-за ближайшего стеллажа выкатился ровер.