– Я делаю все что могу! – огрызнулась она.
– Я делаю все что могу! – огрызнулась она.
Приборы истерично выли.
Приборы истерично выли.
Вернувшийся Волнатарий начал было с порога рапортовать:
Вернувшийся Волнатарий начал было с порога рапортовать:
– Их там нет. Ни одного! Как у вас тут?….– и сразу осекся.
– Их там нет. Ни одного! Как у вас тут?….– и сразу осекся.
Капитан стоял, держа руки на животе землянки. Его руки утопали в крови.
Капитан стоял, держа руки на животе землянки. Его руки утопали в крови.
– Кэт!!!…
– Кэт!!!…
Губы утрианки дрожали:
Губы утрианки дрожали:
– Ты видишь?! Не помогает! Термоплазма не успевает закрыть рану. Повреждена артерия… А я не хирург…. Когда запас донорской крови кончится, она… Это вопрос времени… Она обречена.
– Ты видишь?! Не помогает! Термоплазма не успевает закрыть рану. Повреждена артерия… А я не хирург…. Когда запас донорской крови кончится, она… Это вопрос времени… Она обречена.
Бравкаец перестал чувствовать колени. На совершенно ватных ногах он подошел ближе:
Бравкаец перестал чувствовать колени. На совершенно ватных ногах он подошел ближе:
– Моя кровь не подойдет, но плазма возможно.
– Моя кровь не подойдет, но плазма возможно.